Элина застыла вся и не дышала даже, боясь себя выдать. Она поняла, кто это. Как тут не понять – это главный подпевала Лили, Вадим. Он был старше на год, с третьего класса, но это не мешала им общаться. Наоборот, казалось, всё свободное время те проводили вместе и строили козни потерянным. Ладно, может и нет. Но Элина знала, что Вадим тоже из потомков Богов и о таких, как она, отзывался в духе Измагарда: «убить всех недостойных». Поэтому стоило только заметить его бритую голову, Элина начинала мысленно молиться и искать пути отступления. Кто знает, что у него на уме? Вдруг Лиля надоумит в один день избавиться – злоба в её глазах только росла изо дня в день. Общения с «четвёркой» ведь никто не прекращал. Пусть и редкое, пусть и по делу. Лиля не хотела понимать, что Элина – лишь вынужденное поручение Аделины.
– Я отдал всё, что было. Чего вы ещё от меня хотите? – второй голос надломлено кривился, звучал едва слышно.
Кирилл вспоминался смутно. Вроде бы он из параллельного класса, конечно же, потерянный, и созидатель. На сегодняшнем занятии его сгорбленная спина и лохматые волосы то и дело маячили перед носом – у него тоже были проблемы с силами, и Фёдор Васильевич порывался обоим поставить в расписание пару дополнительных часов.
– Завались. Я, по-твоему, совсем тупой? Думал, не узнаю, как ты за спиной у нас с Зарницкими сделки крутишь? Они тебя не защитят. Ещё раз перейдёшь Лиле дорогу, – по спине пробежал холодок, – и ты, бракованный, поплатишься. Уяснил?
Послышался звук удара и судорожный вздох, едва подавляемый вскрик. В живот. Элина вспомнила, каково это и будто почувствовала на себе. Что же делать? Очевидно, здесь устроили «чёрную» и просто так, мирно, никого не отпустят. Но…Это ведь не её дело? Какой резон ей вмешиваться?
Может, потому что кто-то хочет сделать другому больно?
Может, потому что тебе самой никто так ни разу и не помог, просто прошёл мимо?
Элина вскочила с места и бросила книгу. Она справится, она сделает это.
Две фигуры расположились у выхода и ещё одна, которую Элина не ожидала увидеть, сидела в кресле, повернувшись боком. Лиля. Тоже здесь. Конечно же, куда без неё! Остаться незамеченной не получалось. Эхо шагов заставило Вадима вздрогнуть и отскочить от согнувшегося пополам Кирилла, да только быстро разобрав, что никакой это не учитель, задира расплылся в усмешке, не предвещавшей ничего хорошего.
– Гляди-ка кто. Ты потерялась, крошка? Могу помочь найти выход.
– Иди куда шла и не мешайся, Левицкая, – подала голос Лиля, вставая с места, – иначе станешь следующей. Ты давно нарываешься. Не слушаешься моих добрых советов.
Элина поджала губы.
– Отпустите его.
Больше всех, кажется, удивился сам Кирилл. Вскинувшись, он посмотрел с легко читаемым вопросом «Да кто ты такая?» и «Почему?». Лилиана же открыто рассмеялась, даже голову запрокинула и в ладоши захлопала, а после приблизилась настолько, что приторный цветочный аромат въелся в кожу, стал душить без рук.
– Подумай хорошенько, кому решила указывать, – угрозы, произносимые елейным шёпотом, и правда имели какой-то другой эффект. – Даю тебе последний шанс. Поступи благоразумно и не выводи меня из себя.
– Он вам ничего не сделал. Зачем сразу бить? Не кажется, что на поступок «благородных» это не очень-то похоже?
– Ах, заступницу из себя строишь? Похвально-похвально, – она отстранилась и приказала Вадиму: – Продолжай. Посмотрим, сколько продержится.
Послушавшись, тот опять занёс кулаки и несколько раз ударил Кирилла на манер боксёрской груши, попадая то в живот, то в спину.
– Прекрати! Чего вы этим добьётесь? – Элина кипела внутри, сама не понимая от чего.
– Страха, да, Кирюша? И послушания.
До скрипа сжав зубы, Элина обогнула Лилю и бросилась на Вадима. Единственное до чего додумалась – крепко вцепиться в его руку, собираясь если не остановить, то хотя бы повиснуть мёртвым грузом. Он не ожидал такого и пошатнулся:
– Куда ты лезешь?!
Но это не спасло надолго. Тот со всей силы оттолкнул её, брезгливо отряхивая рукава. Как тряпичная кукла, Элина отлетела к стене, ударяясь затылком. Только вот сегодня от боли не хотелось стенать и плакать, от боли наоборот хотелось ударить в ответ.
Элина подскочила. Кончики пальцев горели огнём, мелко покалывали. Вот оно, то самое чувство, сейчас как никогда желанное.
– Я ведь попросила.
Красные искры соскочили вниз. Подобравшись к Вадиму, они вспыхнули и с треском взорвались. Кончик его плаща загорелся.
– С ума сошла?!
Лиля подбежала и помогла выпутаться из ткани. Остался лишь истлевший клочок. Кирилл напугано смотрел из стороны в сторону и медленно стал пятиться к выходу.
– Думала напугать нас фокусами? – одним складным движением Лиля вновь откинула Элину к стене. – Кем себя возомнила, м?
Грозно нависнув, она отвесила пощёчину – несильную, и оттого ещё более позорную и обидную.