Закатив глаза, Элина оставила его. Лаз был узким, явно не рассчитанным на толпу, ступеньки под ногами крошились, а в темноте того и гляди соскользнёшь и свалишься до самого низа. Зато там брезжил свет. Спустившись, она оказалась в огромном зале – сером и холодном. Колонны, удерживавшие потолок, расположились по периметру и были увиты вьюнками. По стенам полз плющ, на полу разбросана раскрошившаяся плитка. Место казалось давно заброшенным, нелюдимым. А ещё ужасно пахло плесенью.
– А если оно опасно? – голоса отдавали эхом.
Двое настороженно всматривались в поросшую стену. Настрой их сменился, и ребячество испарилось. Элина невольно поддалась и тоже стала шагать аккуратнее.
– О чём вы?
Но когда поравнялась с ними, увидела сама. По середине слившись с зелёными стеблями пряталось существо. Руки и ноги его вросли в стену. Оно смутно походило на человека, только вместо лица – листья папоротника. С каждого за ними наблюдал десяток пар глаз, вертящихся в разные стороны, щурившихся. Бледное, будто прозрачное, совсем белое, как молоко, бесполое тело скрывалось за искрящейся невесомой тканью.
Но что больше пугало Элину – одного взгляда на существо хватило, чтобы внутри появилось инородное, не её, чужое, чувство доверия и привязанности. Голова шла кругом от такого.
«Надо уходить, срочно. Я ошибся. Нам не помогут здесь»
«Только что ты говорил об обратном!»
«Откуда мне знать, что то был зов Ока?! Так я тебя сюда не пустил бы ни за что!»
– Не подходите к нему!
Но останавливать их было поздно. Лиля держала «пламя на ладони», пока Вадим, присев на корточки подле существа, пытался рассмотреть, что такое пряталось за плющом. Мгновенно он отшатнулся и поднялся, смотря с ужасом.
– Кости!
Теперь все точно убедились, что им здесь не место и нужно срочно уходить. Жаль поздно. Существо зашевелилось, просыпаясь. Его листья зашуршали и расползлись в стороны, открывая один главный глаз: вертикально расположенный, размером с голову. Лиля очнулась первой, не стала ждать и отбежала к выходу, но…
– Проклятье!
Проход закрылся. То есть буквально, вместо арки сплошная стена из камня – они оказались в ловушке, замурованы.
«Что нам делать?!»
«Не знаю» – ни капли не обнадёжил, тоже нервничая. – «Нападать точно нельзя. Да и кто из вас силой умеет пользоваться должно? Разозлите только, а оно и десяток воинов раскидает»
«Просто замечательно! Успокоил, так успокоил, спасибо»
«Тяните время. Помощь придёт. Но, умоляю, не слушай его бредни, не дай одурманить»
«О чём ты вообще?»
– Ха-ха-ха, глядите-ка, сестрицы, к нам гости пожаловали.
В тишине раздался зловещий голос, такой тихий, словно то собственные мысли, а не чужие слова, такой шипящий и хриплый, словно существо давно позабыло, как говорить. Трое вжались в стену. Что потянуло их войти в эту комнату!? Они проклинали тот момент.
– Не бойтесь. Лучше подойдите ближе, я хочу лучше видеть вас.
Никто не сдвинулся с места. Тогда оно вновь рассмеялось.
– Зачем же вы явились ко мне, ежели не хотите говорить? Потомки Дажьбога, Сварога и…О.
Элина поняла – смотрели на неё. Существо затрепетало, закачалось из стороны в сторону, пытаясь вытянуться и приблизиться.
«Не подходи» – голос Яромира стал непривычно твердым, напряжённым и обрывистым. – «И помни: не слушай»
Что-то было не так. Неужели он сталкивался с этим существом раньше? Помнил?
– Какая честь, – сказало с придыханием, – какая честь вновь встретиться с вами, Белый Бог.
«Яромир?» – неуверенно протянула Эля, подозревая, что ничего сейчас не добьётся.
«Не слушай»
Существо, тем не менее, продолжало, позабыв, будто обо всём на свете:
– Ужели прошла тысяча лет? В этой темнице время и не движется вовсе. Но коли вашими руками всё скоро изменится, так и быть, так и быть…Подскажу, да только станете ли слушать? В прошлый раз, помниться мне, дорогой ваш брат уговора не исполнил. По вашей милости мы заперты навечно.
– Что за бред оно несёт?
Ох, дорогая, это не бред. Пазл медленно начал складываться – теперь-то Элина узнала и прочитала достаточно мифов, чтобы сложить двух братьев, тысячу лет и Белого Бога вместе. Осталось только поверить, что на самом деле всё это время в её голове жил не заблудший дух, призрак, кто угодно, а целый Бог чужого мира. Слушал её нытьё, утирал слёзы и сопли, поддерживал, помогал и учил.
– Озёрные служители. Те, кто знают правду, те, кто видел смерть десятка миров. Они сделают всё, лишь бы кто-то освободил их души. Они устали. Скоро будут гореть костры. Время проклятых. Найдите их, снимите проклятье, и получите свою плату.
Существо словно услышало его. Тёмно-зелёные листья вдруг начали белеть. Все глаза закрылись, будто исчезли, и папоротниковые листья заострили кончики, что как змеи Горгоны зашевелились, защищая главный глаз, око, распухший и покрасневший.
– Мы никогда не врём, юнец!
«Ты что делаешь!? Оно нас сейчас поубивает!»