После этих слов, расширив глаза от ужаса, я выпила все залпом, даже не ощутив вкуса.
— Ну, теперь можно и отворотом заняться, — потирая ладони, сказала Грэдис и опустила тяжелый взгляд на Индиру, которая украдкой грызла свои ногти. — Признавайся, какие запрещенные компоненты добавила?
— Никакие, — прошептала рыженькая ведьмочка, опустив глаза.
— Прокляну, — холодно пообещала Розалия. — Так прокляну, что до пятого курса из уборной не выйдешь!
Индира вздрогнула и стала тараторить, запинаясь через каждое слово:
— Я случайно, я не специально, так получилось… Мешочек порвался и порошок в зелье просыпался… А там… А там средство было… Средство от… — Индира заплакала, размазывая слезы по щекам. — Я не винова-а-та… Я не хоте-е-ела… Кто же знал, что его декан выпье-е-ет….
— От чего средство, Индира? — грозно наклонилась к ней профессор.
— От… — она жалобно всхлипнула. — От…
— Ну?! — уже вместе с Грэдис прикрикнули мы.
— От импотенциии! — выпалила ведьмочка и прикрыла голову обеими руками, заревев пуще прежнего. И мне очень захотелось к ней присоединиться. Только желание убить было сильнее.
— Криворучка! — старшая ведьма от всей своей темной души с размаху наградила Индиру подзатыльником.
Индира пискнула и чуть не впечаталась носом в стол. Я хотела добавить и от себя лично и, замахнувшись, сделала решительный шаг вперед, но профессор Грэдис остановила меня, поймав за запястье.
— А тебе зачем этот порошок на занятии понадобился? — подозрительно поинтересовалась Грэдис. Индира стремительно покраснела и мне вдруг тоже стало интересно — зачем?
— Продать! — выпалила она настолько поспешно, что даже я поняла — врет.
Профессор осуждающе покачала головой и неудачливая врушка удостоилась еще одного подзатыльника.
Индира снова пискнула, не успев увернуться.
— А теперь правду! — потребовала Грэдис громовым голосом.
Индира зажмурилась и отрицательно помотала головой.
— Барыжим, значит, потихоньку? — интонация Розалии не предвещала ничего хорошего. — Ну, раз адептка барыжит порошками, я побарыжу одной наглой адепткой. Продам ее по сходной цене. А кто у нас в Академии самый платежеспособный?..
— Гномы? — неуверенно предположила я.
— Инкубы? — с надеждой предположила Индира, расширив глаза и облизнув губы.
— Черти, — конкретно обломала ее Грэдис, растекшись в улыбке. — На самогоне такие деньжищи делают, а молоденьких ведьмочек страсть, как любят!
— Сильно любят? — срывающимся голосом уточнила Индира, громко сглотнув.
— Сильно, много и все вместе, — подтвердила Грэдис, с удовольствием наблюдая за бледнеющей ведьмочкой.
Та охнула и прошептала, нервно теребя краешек скатерти и не поднимая глаз:
— Не надо меня чертям… Я не за деньги, а по зову сердца помочь решилась… Просили очень, умоляли слезно… Сжалилась я…
— Кто просил-то? — деловым тоном осведомилась Грэдис, в своем стремлении докопаться до истины не проявляя никакой деликатности к чужой проблеме.
— Оборотни попросили, — призналась наконец Индира со вздохом.
— Оборотни? — мы с Грэдис переглянулись и, усмехнувшись, обе скрестили руки на груди с явным скептицизмом на лице.
— И когда это блохастым такое средство нужно было? — с нарастающим раздражением поинтересовалась профессор. — Они обычно другое просят, особенно в полнолуние, чтобы желания свои животные контролировать, иначе при Академии детский сад можно было бы построить, а то и парочку…
— Так не для лечения, а для избавления… — путано пояснила Индира. Наткнулась на краснеющие от злости глаза Грэдис, у которой уже кончалось терпение: вот-вот демоновская кровь проснется и тогда конец ведьмочке — убить может и не убьет, но лишние части тела поотрывает. Особенно те части, которые белую скатерть муслякают и удержать мешочек с порошком сильнодействующим не могут.
— Они хотели это средство одному из преподавателей перед его встречей с деканом подмешать, — сразу сдала рыжая адептов Оборотничьего факультета, проникнувшись безмолвной угрозой ведьмодемона. — А там деканом — вертигрица, и к тому же замужняя! Вот молодые оборотни и понадеялись, что деканша или убьет озабоченного препода на месте, или к увольнению представит за развязное поведение…
— Хотели, чтоб хотел один, а хочет другой, — философски изрекла Грэдис. — И не ту, и не там, и… Неуд тебе! И реферат внеплановый! И семестровое новое!
Индира жалобно застонала, но спорить не решилась.
— И как теперь отворот готовить? — задумалась я. — И отворот ли нужен?
— Отворот, отворот, — развеяла мои сомнения Грэдис, доставая из шкафа чугунный котелок.
Подошла к маленькому лабораторному столу, стоящему в самом углу, щелкнула когтем по самовоспламеняющейся каменной платинке, которая тут же загорелась желтым огнем, поставила на нее котелок, плеснула в него стакан воды и стала выкладывать из шкафа необходимые ингредиенты. Глазки иглобрюхой рыбы, сушеные навозные жуки, паучьи лапки, вонючие мухоморы, высушенные жала скорпионов вместе с пучками разных трав выстроились на столе, поджидая своей очереди.
— Самый сильный, который я знаю, — сверившись с рецептом в блокнотике, пояснила она.
