— Говорите, белочка? Вы же не хотите взять ее с собой? — спросил василиск, плохо скрывая раздражение. Скользнул руками вниз по плечам, опустил ладони к локтям, потом к запястьям и осторожно попытался разжать мои руки. Я не поддалась на его уговоры и стиснула зверька сильнее.
— Витор, сможешь снять чары? — спросил магистр Гадтер куда-то в сторону.
— Я попробую, но расстояние… Ты же сам понимаешь…
— Сделай, что сможешь.
— Если она испугается, когда я закончу… — озабоченно начал вампир.
— Я подстрахую, а Берт пусть уведет адептов.
Слой за слоем с меня снимали равнодушную оболочку, искажающую восприятие. Звуки вокруг стали четче. Теперь я слышала и шум ветра, и скрип деревьев, и мужское дыхание за моей спиной, и какое-то утробное урчание прямо перед собой.
Ощущения тоже менялись. Белочка стала терять тепло, менять форму, размеры… Когда она стала влажной и неприятно липкой, я от неожиданности открыла глаза. Белочки в руках не было. Вместо нее я заботливо прижимала к себе огромного безглазого слизня, который самозабвенно пил мою энергию и уже начал светиться изнутри. Я хотела завизжать, но василиск быстро закрыл мне рот своей ладонью.
— Один резкий звук и он проглотит нас заживо, — прошептал декан. Я недоверчиво посмотрела на противного, но размером не больше кошки слизня и в этот момент василиск, плотнее прижав свою руку к моим губам, заставил приподнять голову.
Слизень, которого я держала в руке, оказался всего лишь одним шупальцем, причем не самым крупным, огромного, белого, прозрачного, как желе тела. Чудовище в предвкушении раззявило пасть в два моих роста и ждало, когда я сама, подчиняясь его воле, переступлю границу клыков. И мне уже осталось сделать всего лишь шаг, чтобы ловушка захлопнулась. Точнее, нам с деканом.
— А теперь я повторю просьбу, — вкрадчиво и тихо повторил магистр. — Расслабьте руки и закройте глаза. И, что бы ни случилось, не открывайте их.
Это какое нужно самообладание, чтобы в шаге от смерти так спокойно разговаривать! Перед моим лицом капнула тягучая слюна и зашипела, упав на землю. Теперь закрывать глаза было страшно. Очень и очень страшно… Да что там — вдохнуть и то страшно!
— Дышать не забывай, — ласково шепнул декан с неуместной, на мой взгляд, улыбкой на губах. — И давай, девочка, не мешай мне тебя спасать. Я знаю, что сейчас тебе страшно. Но ведь внутри его пасти наверное страшнее?..
Слова возымели воздействие. Пасть живоглота была очень близко и представить себя в ней получилось с легкостью. И как нас медленно переваривает его желудок, живьем, чтобы успеть впитать всю магическую силу перед смертью жертвы. Еле живая от страха, я все-таки зажмурилась.
— Что бы ни случилось, не открывай глаза, — настойчиво напомнил он, забирая из моих ослабевших рук то, что я держала. У меня чуть ноги не подкосились, когда декан перестал служить мне надежной опорой и бесшумно двинулся вперед.
Тишина. Мое бешено колотящееся сердце. Тишина. В шаге от меня истекает слюной и выжидает жертву живоглот. Тишина. Я стою одна, совершенно беспомощная. Тишина. Ни вмешаться, ни помочь, ни убежать, если вдруг потребуется. Тишина. Неизвестность на грани ужаса. Тишина!
Затем в этой сумасшедшей тишине раздался громкий треск, затем ультразвуковой визг, затем я вздрогнула, когда мокрые и холодные капли окропили мое лицо. Рядом со мной упало что-то массивное. А с другой стороны послышались возня, шорохи, чей-то рык, чей-то сдавленный всхлип…
Не знаю, сколько я так простояла, но с трудом подавила вскрик, когда меня подхватили на руки и понесли. Страх сменился облегчением и я поняла, что все кончилось.
Он шел молча, не произнося ни единого слова. Я лишь слышала его дыхание, и то непонятный хруст под ногами, то влажное чавканье, словно он шел по грязи. Только грязи здесь раньше не было.
Прижалась к нему сильно-сильно, обхватила за шею. Робко приоткрыла один глаз, но смогла рассмотреть только светлую ткань рубашки, в которую уткнулась носом.
— Я потерял очки, — нарушил он молчание. — Так что лучше не подглядывайте.
Я послушно снова зажмурилась. Не велика потеря. И все так быстро кончилось, что я не успела поволноваться. Хотя нет, вру, я чуть с ума не сошла и эти мгновения показались мне вечностью. Хотя и была уверена, что он справится, иначе не стояла бы столбом.
— Я ни на минуту в вас не сомневалась! — искренне и радостно выдохнула в его грудь. И восторженно спросила:
— Вы убили его взглядом?
Он ответил не сразу, но все-таки ответил неохотно.
— Нет. Не его.
— Там был еще кто-то? — поразилась я и чуть не распахнула глаза, чтобы осмотреться и убедиться, что опасностей больше нет, но вместо этого лишь вцепилась в своего спасителя крепче.
— Я бы не хотел пугать еще больше, но в Парке всегда кто-то есть, — спокойно ответил он. — И от лакомства никто не откажется добровольно.
Я поежилась. Даже представлять не хочется, кто еще надеялся мной перекусить и что от них осталось. И что так противно хлюпает под его ногами…
Он шел вперед, уверенно держа меня на руках, и я чувствовала его мрачную энергию, напряженные мышцы шеи, биение сердца.
