— Похоже у кого-то сегодня будет новая сумочка из змеиной кожи, — заметила Альфрея с завистью в голосе, проводив взглядом целеустремленную и вдохновленную Индиру.
— Беспонтовая будет сумочка, — флегматично зевнула Нитая. — У него вся кожа облезла, а новая еще не наросла. Я его в коридоре видела — даже на кошелек не хватит.
И все мои одногруппницы осуждающе посмотрели на меня, явно обвиняя в расточительстве змеиными ресурсами.
— Меня эта сумочка завтра вообще-то убивать собралась, — осторожно напомнила я.
Но ведьмы уже встали на тропу войны и охоты за модными аксессуарами.
— А у твоего декана-василиска чешуя красивая? — с придыханием спросила Янита. — Переливается на свету?
Нет, ну совсем обнаглели!
— Декан — мой! — грозно ответила я, внутренне напрягшись. — Весь до последней чешуйки!
— Жадина, — обиделась ведьма.
— Собственница, — поддакнула вторая.
— А я бы тоже делиться не стала… — меланхолично протянула третья.
— А там поди уже сумочку шьют… — задумчиво напомнила четвертая.
И кучка ведьмочек, встрепенувшись, на цыпочках отправилась следить за самоотверженной Индирой.
Индира с коромыслом на плечах важно плыла по коридору Академии и адепты, завидев ее, предусмотрительно прижимались к стенам, чтобы ненароком не попасть в зону поражения шипящего содержимого ведер и, собственно, разозленной ведьмы.
Змей Шиар Диссот уподобляться адептам, разумеется, не собирался и спокойно шел ей навстречу до тех пор, пока она не остановилась и не преградила ему путь.
Теперь он ее точно заметил и с интересом наклонил голову, рассматривая, как маленькая ведьмочка отцепляет от коромысла сначала одно ведро, потом второе и ставит прямо перед собой.
— Это для меня? — проницательно поинтересовался змей, не догадываясь насколько прав.
— Для вас, — кивнула злая, но культурная ведьма.
— Неаппетитно выглядит, — признался змей-самоубийца, скосив глаза на ведра.
— Жаль, — невинно ответила Индира, тряхнув рыжей гривой волос. И выплеснула первое ведро прямо в морду змея. Тот от неожиданности и захлебнулся, и наглотался так, что даже материться не мог, откашливаясь и протирая саднящие глаза руками. Второе ведро не заставило себя ждать, добавив змею впечатлений. А потом ведьма, видимо, решила добить змея, чтоб не мучался, и треснула его по загривку коромыслом. А потом…
А потом ей пришлось бежать… А мокрый змей бежал за ней, прихрамывая на одно копыто, и тщетно пытался трансформироваться в огромного питона, даже один раз получилось — на две самые страшные в жизни Индиры секунды… А потом так же тщетно пытался воспользоваться магией: пасс рукой, пара искр из ладони и отборная брань, подтверждающая неудачную попытку…
И вообще с академиком происходило что-то странное: он то раздувался, то резко уменьшался в размерах, продолжая гнаться за ведьмой, то мычал что-то безсвязное, то наоборот очень громко, четко и очень неприлично ругался. Цвет оставшейся кожи у него менялся разноцветными пятнами, а иногда змей останавливал свой бег, хватаясь за живот, переводил дыхание и грозился сделать с Индирой такое, что плохо становилось даже невольным слушателям.
Выбежав из корпуса Академии, Индира на бегу запрыгнула на свою вовремя подлетевшую метлу, в последний момент увернувшись от руки змея, стремящегося схватить ее за платье. Взмыла в воздух, оставив далеко внизу запыхавшегося, разноцветного и икающего Шиара, и не смогла отказать себе в удовольствии с диким ведьминским хохотом пронестись мимо него, издевательски совершив круг почета над его головой.
— Отращивайте крылья, Шиар Диссот, — крикнула она на прощание, закладывая крутой вираж. — Ползать — это так скучно и несовременно!
Змей, тяжело дыша, стоял на крыльце Академии, облокотившись на перила, и, прищурившись, смотрел на удаляющуюся рыжую ведьму. И запомнил он ее на всю жизнь, это точно.
Только вот интересно, эффект зелий сохранится до утра? Судя по тому, что он стал икать менее нервно и окрас постепенно выравнивался, лучше на это сильно не надеяться… Тем более, что мне пора спешить на тренировку, пока василиск не привел угрозу в исполнение, заявившись за мной лично.
Я даже пришла чуть пораньше, но магистр уже ждал меня рядом с красным защитным куполом полигона. Строгий камзол сменила мягкая уютная одежда, не сковывающая движения. И сам он выглядел бы таким же уютным и теплым, если бы не ледяное выражение лица. При моем появлении декан молча приложил руку к мерцающему плетению купола и пропустил меня вперед, скользнув следом в образовавшийся проем.
Абсолютно пустой полигон оказался в нашем распоряжении.
— У нас мало времени, — хмуро произнес декан, остановившись напротив меня. — Я сначала коротко объясню, что надо делать, а вы уж постарайтесь запомнить с первого раза.
— Я постараюсь, — послушно кивнула я.
Я вообще после разговора с магистром Каллохеном собиралась быть на редкость послушной.
