После убитых на это благое дело трех месяцев я вполне сносно управлялся и с самим доспехом, и со встроенным вооружением, а поскольку не в активированном виде доспех представлял лишь небольшой медальон, то я совсем перестал его снимать. К слову сказать, доспех тизаф был практически лишен магии в обычном для меня понимании. Это был скорее сплав высоких технологий и энергетики запредельного для меня уровня. Почти полторы сотни полных под завязку жемчужин он «сожрал» без всяких сложностей. И сколько бы смог поглотить еще, один Творец ведает. Показатель емкости брони лишь сменил желтый цвет на зеленый.
Несмотря на то что управление доспехом было интуитивно-понятным, все же освоение его заняло довольно приличное время. Помогавшие мне кроймары из разведбата сначала вполсилы, а потом все более и более входя во вкус, устраивали мне различные сложности магического и техногенного характера, но мы с защитой справлялись неплохо.
Главной проблемой было освоение в высшей степени сложного языка тизаф. Несмотря на полностью ментальное управление, язык все же оставался очень важной частью коммуникационного процесса. Все же не кофеварка. К счастью, костюм быстро понял, что от него требовалось. Для начала я наводил перекрестье тактического дисплея на разные простые предметы и дожидался, пока появятся текстовый транспарант и голосовое сообщение.
Постепенно дело пошло. Какое-то время спотыкался на глаголах, но и эту проблему мы с весьма умным и доброжелательным интеллектом скафандра решили довольно быстро. Через какое-то время я довольно сносно мог общаться со своим новым приобретением на жуткой смеси из русского и тизаф. В основном потому, что многие понятия, которыми оперировал интеллект доспеха, не могли быть выражены на русском языке одним-двумя словами без потери значительной части смысла.
Самое же приятное отличие от денвенского скафандра заключалось в том, что доспех предоставлял не только защиту, но и весьма эффективные средства поражения и перемещения. Конечно, не «Странник», но во всяком случае быстрее, чем транспортные средства известных мне рас, и мощнее известных мне типов крупных кораблей.
И в который раз я, совершенно не беспокоясь о последствиях, перегрузил энергосистему настолько, что почувствовал себя уставшим по-настоящему.
С мыслями о коротком перерыве я как-то машинально подключился к одной из транфертных мировых линий и прямо из академического парка, не отрываясь от своих мыслей, шагнул сначала на борт «Странника», чтобы прихватить кое-какую мелочовку, а оттуда прямиком на парижскую Пляс д’Этуаль, лишь слегка видоизменив одежду, чтобы не быть центром внимания. Потом погулял немного по Пекину и закончил вечер в одном из московских ресторанчиков, где играли настоящий джаз.
– Тащишься?
Джинни бесцеремонно села напротив.
– Да. – Я кивнул. – Мне с детства нравится джаз.
– Может, организовать тебе джаз-оркестр? – задумчиво произнесла Джинни. – Знаешь, девочки в таких вот – она провела пальцем по бедру, – мини-юбках…
– Знаешь, Джинни, у меня все больше крепнет ощущение, что все то время, пока мы не видимся, ты проводишь на Земле, причем где-то в России.
Она негромко рассмеялась.
– Да нет в общем-то. Просто когда ты шлялся по Земле, я от нечего делать тоже решила познакомиться с твоей родиной. Ну и нахваталась всякого.
– Что тебя сейчас привело сюда?
– Рей. – Она сжала губы. – У нас проблемы.
– У нас – это у кого? – уточнил я, подзывая официанта.
– У кроймаров, у меня…
– Значит, действительно у нас, – вздохнул я и, бросив взгляд на счет, положил на блюдце несколько купюр.
Джинни уже собиралась начать переход, как я одернул ее.
– Ну не здесь же! Давай хоть на улицу выйдем…
После перехода мы оказались на пустынной площади, выложенной отполированными, словно зеркало, молочно-белыми мраморными плитами. Вдалеке виднелся огромный фонтан, а справа, прямо от площади и до горизонта расстилалась водная гладь.
– Красиво… – Я обернулся на Джинни. – Где мы?
– Мы? – со сдержанной гордостью переспросила Джинни. – Мы дома. Это Реана. Наша и твоя планета.
– Предлагаешь расположиться прямо здесь? – довольно ехидно спросил я.
– Ну если хочешь… – нейтральным тоном ответила Джинни. – Но я бы рекомендовала тебе все же пройти в дом.
То, что издали выглядело как небольшая хибарка, вблизи оказалось огромным четырехэтажным особняком с пляжем, обширным парком и даже небольшой посадочной площадкой.
– Да… Царский подарок! – Я с восхищением осматривал легкий, словно сотканный из ажурного кружева дом. – А кабинет там есть?
– Есть, – скупо улыбнулась Джинни. – Есть даже стрелковый тир и много чего другого. Пойдем.
Она повела меня через просторный холл, застеленный пушистым ковром, на второй этаж, который, если смотреть с моря, был третьим. Там в комнате, чем-то напоминающей корабельный салон, Джинни посадила меня в кресло и начала рассказывать.
