надеянные примкнули к победоносной армии. Науранг-хана, Сайид Касима, Ходжа Сулеймана и других храбрецов Хан Азим отправил вперёд. Они остановились в Морби, в 25 косах от вражеских позиций, и повели безрассудные речи3. Мне понятно, что они и не помышляли о службе, но почему оставалось за завесой благородство вечной удачи? Из-за порока зрения выдвинув предложения о мире, те не преуспели и обратили лик к подобострастию (видимо, к перемирию). Подлые и высокомерные (смутьяны) не приняли предложений и стали разрабатывать план битвы. Кокалташ, ведомый пробудившейся удачей и счастливой звездой, взялся исправлять дела и, хотя имел менее 1^0 ООО солдат, а врагов-то более 30 ООО , изготовился к битве. Он разделил свои силы на семь частей. В центре находились Ханам4, Ходжа Абу-л Касим Диван5, Хаким Музаф-фар Ардистани, Кизил Абдал и другие герои с двумя тысячами воинов. На правом фланге стоял Науранг-хан с полутора тысячью людей; на левом фланге находились Ходжа Рафи, Мухаммад Хусейн, Шейх Кази Хусейн, Сайид Абу Исхак, Чандар Сен с 1 800 бойцов. Передовой отряд состоял из Сайид Касима6, Сайид Баязи-да, Сайид Бахадура, Сайид Абд-ар-Рахмана, Сайид Салима, Мир Шараф-ад-дина, Сайид Мустафы с 1 400 человек. В алтамиш входило 1 600 бойцов7. Кокалташ, Камран бек, Мухаммад Тук-баи, Ходжа Баба и Кадир Кули Кока образовали резерв числом 400 испытанных воинов, ревнителей своей чести. Гуджар -хан с 600 бойцов входил в резерв правого крыла, а Ходжам Барди с тем же числом [воинов] — в резерв левого крыла. Со стороны противника [в центре] стоял Музаффар с 4 000 людей из клана Лонакатхи и иных; на правом крыле находился Даулат-хан с 4 500 бойцов; на левом крыле — Джам с 8 000 воинов. В передовом отряде — Аджа, сын и наследник Джама, его дядя по отцу Маних и братья, а также Джаса со своей роднёй и 4 500 бойцов. Было решено, что они пересекут реку Сай8 (?) и дадут бой 30 тира (21 июля 1591 г.), и каждый поставит на пробу своё мужество. Когда преодолели реку, начался такой ливень с грозой, что на протяжении двух дней и ночей противостоящие армии не могли сойтись. Неприятель занимал возвышенность, и царёвы слуги испытывали трудности из-за низины, избытка воды и скудости провианта. Дважды они (враги)9 пытались устроить ночную атаку, но не достигли успеха.
594
Когда [постигшие] их трудности стали невыносимыми, они по необходимости направились в Наванагар, к жилищу Джама, чтобы сбить неприятеля с толку и найти продовольствие. Пройдя четыре коса, добрались до обитаемой деревни, где добыли провиант и множество добра. Врагу пришлось сняться с лагеря и занять позицию в трёх косах на другом берегу реки. Многие отправились восвояси, чтобы стеречь свои дома. 4 амардада (26 июля 1591 г.) войска выступили с намерением сразиться, и завязалась жаркая схватка. Доблестные мужи на левом крыле опередили передовой отряд10. Даулат-хан (сын Амина Гори) бился отчаянно. Ходжа Султан11 кинулся на врагов, а Ходжа Рафи, связанный узами дружбы, вместе с некоторыми остался рядом с ним. Те (враги) схватили его [лошадь] за поводья и умертвили его. Пятнадцать бесстрашных мужей из числа его родичей доблестно погибли12. Султан Кабир, сын Мукаммал-хана, также пал без страха. Резерв его отряда (левого крыла) повёл себя недостойно, и многие бежали. Некоторые присоединились к центру. Мухаммад Хусейн Султан, раненый, находился среди мужей (левого крыла). Вскоре он скончался. Кое-кто в центре и алтамише натянул поводья. Враг возликовал по поводу своего успеха, начал преследование и напал на обоз. Тем временем храбрецы алтамиша пришли на помощь Даулат-хану, а некоторые из бежавших вернулись и приняли участие в схватке. Наседавшее правое крыло врага несколько сбавило пыл. В начале боя авангард врага схватился с царёвыми слугами, и отчаянные усилия предпринимались [с обеих сторон].
Словно сердца13 у всех мечей раздулись.
595 Земля стонала под конями.
Зазвучал бой барабанов в мозге облаков.
Красным вином наполнилась меча чаша.
