— Я верю в то, что ничего не исчезает из этого мира бесследно. Любой опыт, поступок, навык, дар, открытие и озарение идёт в копилку развития и эволюции человеческой души. Смена циклов в природе, рождение и смерть, как часть жизни наталкивает на мысль о том, что если нечто умирает, оно должно воспрянуть вновь, хоть и в несколько ином качестве, подобно тому, как солнце возвращается весной. Каждый из нас обладает теми или иными психическими и духовными силами и может научиться вспоминать, как ими пользоваться, — заключила библиотекарь, и её глаза торжественно блеснули.
Миссис Оливер хотела сказать что-то ещё, но тут её окликнула толпа недовольных студентов, которые всё это время терпеливо ждали, когда она закончит со мной разговор. Библиотекарь беспомощно развела передо мной руками и, попрощавшись, укатила к своим многочисленным поклонникам.
— И что ты думаешь по этому поводу, Рио? — спросила я своего друга, когда миссис Оливер была уже далеко, чтобы слышать нас.
— Что думаю? Я думаю, что мистер Сайто, если бы он был здесь, сказал бы по этому поводу какую-нибудь колкость, — улыбнулся он, помогая мне собирать книги со стола.
При упоминании о Зое, в сердце кольнуло иголкой.
— Мистера Сайто здесь нет, — твёрдо сказала я. — Поэтому и спрашиваю именно тебя.
Рио покраснел как помидор и потупил глаза в пол.
— Простите, мисс Мицуно, то есть Ами… Я не хотел напомнить тебе о вашей ссоре с мистером Сайто.
— Мы вовсе не ссорились, Рио. Просто я узнала, что он не тот, кем является на самом деле, а раз так, то поссориться в этом случае невозможно… — кисло улыбнулась я, сгребая конспекты в сумку.
— Я думаю, мистер Сайто жалеет о своём поступке, ведь как не крути, он всё равно сделал много хорошего…
— Давай, не будем о мистере Сайто. Я не хочу о нём сейчас думать… Всё, что меня занимает — это мысли о Мако. Я хочу понять, о чём она думала и почему решила уйти из комнаты… Она читала книгу “Зоар” про нефилим, которая принадлежала Рей, съела свой ужин и вдруг решила выйти, не дождавшись меня… От всей этой истории веет какой-то жуткой чертовщиной, как бы я не старалась сохранить веру в здравый смысл… Я знаю, что объяснение должно быть, но чем больше об этом думаю, тем больше сомнений у меня возникает…
— Насчёт веры в сверхъестественные силы, я думаю, миссис Оливер права в том плане, что человек может обладать разными способностями, но не подозревать об этом… Это как спящий навык, который неожиданно просыпается, когда мы попадаем в разные ситуации… Я вот, например, умею хорошо угадывать ответы в тестах и могу запросто получить сто баллов даже без предварительной подготовки.
— Да? — удивилась я, глядя на Рио во все глаза. — А разве такое возможно?
— Ну, у меня это получается… — похвастался мой друг. — Однако это не прокатывает с устными экзаменами, поэтому я и не числюсь в рейтинге оценок.
— То есть ты веришь в магию, Рио?
— Я верю в способности и неизученные возможности человека, если это можно назвать магией, то да, я в неё верю, — улыбнулся мой друг.
Рио проводил меня до двери комнаты и, пожелав мне спокойной ночи, ушёл к себе.
“Теперь нас осталось только двое…”, — с горечью подумала я, глядя ему в след.
Я лежала на кровати без сна, просто вглядываясь в темноту. Существует ли магия на самом деле? Мако и Рей верили в нечто потустороннее, Зой не верил, но даже он не смог дать объяснение тому, что случилось с девочками… Слишком много этих «но» и разного рода неувязок… Да ещё и эти сны, которые начинают обретать реальное воплощение… Конечно, я могла бы найти объяснение этому феномену — возможно, я где-то видела изображение отца Тэона и моё подсознание его запомнило, а потом выдало сон с его участием… Но всё было так реально… Так красочно… Эти переживания… До боли знакомые образы… Как бы я хотела понять… Просто понять, ЧТО происходит… Мако… Тайки и я… Почему?
Веки слипались. Темнота…
Я подошла к окну и распахнула тяжёлые ставни из позолоченного дерева. Выглянув в окно, я тяжело вздохнула. Там была непроглядная темнота, и у отца Тэона свет тоже не горел.
— Ты весь вечер сегодня вздыхаешь, — послышался за спиной голос моей подруги Комы. — Может сварить тебе зелья Бодрости?
— Это просто хандра. Пройдёт… — глухо ответила я, не переставая пожирать глазами тёмное окно доминиканца.
— Держи карман шире! Хандра! Как же! — воскликнул насмешливый звонкий голосок моей подруги Конами дэ Айно. — Миа сохнет по этому монаху, а ему хоть бы что.
— Не может быть! Миа влюбилась в этого высокомерного инквизитора? — удивилась Угиса, сестра Конами.
— Всё совсем не так! — воскликнула я, резко оборачиваясь.
Мои подруги — Кома, Угиса и Конами сидели на бархатных подушечках возле огромного камина и насмешливо переглядывались друг с другом, занимаясь рукоделием. Все вместе они вышивали огромное знамя с гербом Великого Магистра. И зачем я позвала их сегодня? Теперь весь вечер буду сносить их многозначительные взгляды, когда на сердце и так не спокойно.
