Акко смотрел на этого человека, и добрые, благодарные чувства переполняли его. Это и был директор академии — Варан Ноэль. Они сразу выяснили имя человек, благодаря которому они всё же были приняты в ИМА.
— Для многих из вас, — продолжал директор, разведя руки, — это первый день в стенах нашей академии как студентов. На протяжении 15 лет, что я имею честь возглавлять ИМА, не в один год ученики не переставали радовать меня. И вы не подведите нашу академию, потому что с сегодняшнего дня она и ваша! Хочу пожелать вам всем удачи в учебе. И запомните даже если у вас нет таланта к какому либо предмету, то трудом добудьте его.
Речь удостоилась громких оваций сотен пар рук.
— Коротко и ясно, — произнес Константин, не подумав.
— Ага, — кивнул сосед слева, решив, что это к нему обращались.
— По традиции хочу представить вступительное слово студенту, набравшему наибольшее количество балов на вступительном экзамене, — директор указал на рыжую девушку в зеленом пиджаке и юбке и отошел в сторонку.
«Не удивительно, что она набрала больше всех. Не каждый умеет пользоваться заклятием левитации», — промыслил Акира.
«Да, но если бы мы не спасли её от дубины голема, она могла бы вообще провалить третье испытание», — заметил Константин с улыбкой.
«Но она то, этого не видела. Так что она с чистой совестью сейчас и выступит», — парировал Акира и сосредоточился, что бы не пропустить не единого предложения человека, на которого стоило равняться.
— Э-э… Добрый день. Хочу…э-э…
Начало у рыжей не задалось, как и половина последующей речи. Это было сложно ожидать от человека, который так хорошо сдал экзамен, но видимо публичные речи были её слабой стороной. Она имела записи на наклонной кафедре, в которые заглядывала, но это не сильно помогало ей. В конце она получила свою порцию, хоть и очень меньшую по сравнению с директором, оваций.
«Ждал чего-то лучшего», — пожаловался мысленно Акира.
«Не бывает идеальных людей», — утешил Константин.
Дальше выступило ещё пару профессоров, объяснивших новеньким как их разделят на классы, где они могут взять учебники, расписание и многое другое.
Когда все было сказано и объяснено, Акко решил подождать, что бы большая часть вышла из зала, и он без толкучки мог уйти домой.
Выбравшись в место, где несколько дней назад стояли стены деревни, а сейчас находился парк с широкими дорожками и прямыми узкими деревьями, хотел уже направиться к железным воротам академии, как его окликнул знакомый голос:
— Эй!
Под тенью деревьев, прислонившись плечом к колонне поддерживающей широкий балкон, стоял копейщик — Ларс. Сейчас он был без своего копья в зеленном костюме и белой рубашка, застегнутой до самой верхней пуговице, но с серьгой в ухе.
Акко не торопясь подошел и сказал:
— Привет.
— Привет. Помнишь меня? — спросил Ларс и двумя пальцами отодвинул горлышко своего галстука.
— Конечно.
— Замучил меня это костюм. Я думал, сварюсь в нем. Ели дотерпел до конца этого церемониала. Над было как ты по-простому без официоза, как ты. Я ещё тогда во время боя понял: ты решительный мужик.
Хорошо, что он не знал, что ребята полчаса назад успели пожалеть об отсутствии костюма на них.
— Ну, да. Спасибо. Я всегда против костюма… Ты что-то хотел от меня.
— В общем, слышал о традиции худшего ученика?
— Нет.
— Это ты, — сообщил Ларс с ухмылкой. — Хотя, как человек, дерущийся как ты, мог стать им не понятно!
— Чего?
— Ты набрал меньше всего баллов из поступивших.
Это было печально слышать. Да ребята знали, что их результаты на экзамене, кроме письменной части, не впечатляют, но
— Ну и что?
— В этой академии есть чокнутая традиция — худшего ученика выдавливать из академии, — без эмоций сообщил Ларс и развел руками, как будто говоря: такова жизнь.
— Ты шутишь! — не поверил Акко и приподнял брови.
— Понимаю твое сомнение, — улыбнулся Ларс. — Я сам сначала не поверил, когда услышал об этой традиции. Хотя меня предупреждали, что некоторые профессоры здесь чокнутые.
«Это очень плохая новость!» — мысленно сказал Константин, не желая верить в такие жестокие обычаи.
— Мотивируют это тем, чтобы все стремились к высшим баллам на экзамене. Последний — значит, слабое звено и от тебя нужно просто избавиться, — пояснил спокойно копейщик, рассматривая свои ногти.
— Сурово, но резонно, — нехотя согласился Акира.
— Хорошее восприятие не очень хорошей новости, — похвалил Ларс с ухмылкой. — Одному Богу известно, как они планируют расстаться с тобой.
— А зачем ты сообщаешь мне это? — задал напрашивающийся вопрос Акко.
— Да очень просто. Не хочу, чтобы единственный, кто создал мне проблемы на экзамене — со мной, видишь ли, не так то просто сделать ничью в бою — вылетел в первые же недели учебы.
Понятно. Ребята, наконец, разобрались в мотиве копейщика. Тому, видимо, просто было бы стыдно, если человек с которым он так упорно, долго да ещё и безрезультатно боролся в индивидуальной схватке, был бы выгнан из академии как самый слабый ученик. Это бы, по край ней мере в глазах самого Ларса, ударило бы по его имиджу.
— Хорошо. Спасибо за предупреждение.
