— Кидай бабки! А то я сейчас уйду, ты и думать обо мне забудешь! — стреляет в меня глазами. Егор берет телефон, заходит в приложение.
На лице Тимура расцветает улыбка.
— Вот спасибо так спасибо! Ульяна! Ты хорошо на него влияешь! Иначе я не пойму, откуда такая щедрость!
— Иди уже.
— Про вечер я понял. Не буду вам мешать, — улыбается парень.
— Уля, забеги ко мне, когда освободишься, — раздается голос Светланы Олеговны в конце коридора. День пролетел мгновенно. Мышцы потягивает от приятной ноющей боли. Не знаю, сколько найдется людей, которые получают удовольствие от подобного состояния, но я определенно зависима от него.
— У меня ученик, — кричу ей в ответ.
Она кивает. — Не забудь заглянуть после. Это важно!
— Хорошо! Не забуду, — отвечаю ей и спешу на манеж. На котором меня уже поджидает новенький мальчик семи лет вместе с папой.
— Добрый вечер, — здороваюсь с людьми, которые не без интереса осматриваются вокруг. Мужчина вместе с мальчиком оборачиваются на мой голос. — Меня зовут Ульяна. Сегодня я буду вашим инструктором, — как можно приветливее пытаюсь сказать я. На моем лице печать усталости. Бессонная ночь, вновь измучившая мой организм благодаря ситуации с Машей, плюс многочасовая тренировка прилично сказались на моем внешнем виде, ну и настроении, само собой.
— Надеюсь, не только сегодня, — произносит мужчина лет тридцати пяти. — Артур, — представляется он. Хочется верить, что то, как меня передернуло от его имени, ускользнуло от взгляда мужчины. — Давид! Иди сюда! — подзывает он мальчика. А вот от имени моего дедушки по папе, которого я никогда не видела, потому что его не стало еще до моего рождения, но зато слышала очень много хорошего о нем, на моем лице расцветает улыбка. Да и как можно не улыбаться этому кудрявому чуду. Мальчишка очень симпатичный, тёмненький, волосы пружинками вьются по его маленькой головке. Черные бусинки глаз, обрамленные длинными пушистыми ресницами, которым позавидуют любая девушка, внимательно изучают меня. Мальчик держит в руках шлем. Одет он, как и подобает всаднику, в голубое поло, черные бриджи, ботинки и краги. Малыш еще несколько секунд сканирует меня, а потом поднимает взгляд на отца и едва заметно кивает. От чего его родитель, посмеиваясь, выдает:
— Что тут скажешь! Губа у тебя не дура, — произносит он. И от этих слов мне становится немного некомфортно.
— Ну что, Давид! Пойдем знакомиться с Азалией — протягиваю руку мальчику. — А вот за перчатки вы забыли совершенно напрасно, — произношу я, оборачиваясь к его отцу.
— Мы за них не забыли. — Мужчина протягивает мне пару детских перчаток, зажатых в левой руке. — Это наше не первое занятие, — говорит он, поравнявшись с нами.
— Так ты вовсе не новичок? — вскинув брови, интересуюсь у мальчика.
— Нет! Я много чего умею, — слегка шепелявя, но от этого не менее серьезно заявляет он.
— Мы несколько раз посещали "Топаз", — вставляет свой комментарий его отец.
— "Топаз" — очень хороший клуб.
— Клуб то хороший, но вот с тренером нам, так сказать, не очень повезло.
— У кого вы занимались?
— У Измайловой.
— Да вы что? — поворачиваюсь к мужчине. На самом деле он здорово меня удивил. — Чем вам могла не подойти Галина Анатольевна? Она очень опытный инструктор. Не думаю, что вы могли бы найти кого-нибудь лучше нее. У нее ведь не меньше тридцати лет стажа.
Я, конечно, понимаю, что сейчас веду себя не совсем правильно. К нам перешли от конкурентов. Глупо не радоваться этому фату. "Орион" конкурирует с "Топазом" с первого дня своего открытия. Но не признавать того, что в "Топазе" очень сильные инструктора, будет неправильно. Только глупец мог променять опытную Галину Анатольевну на меня.
Мужчина слегка пожимает плечами. Улыбается.
— Вообще верховую езду нам посоветовал психолог. Но Давид оказался очень привередливым, заявил, что будет заниматься только с красивым инструктором. По такому же принципу он выбирал себе классного руководителя и репетитора по английскому.
— Странные у вас критерии, — все, что остается сказать мне.
— Ничего не поделаешь. Он у меня эстет, — разводит руками мужчина, с явным интересом сканируя меня взглядом.
Несмотря на свои специфические причуды, мальчик оказался на редкость усидчивым и сосредоточенным. Не каждый ребенок способен провести в седле больше часа. Думаю, он и дальше был бы ни прочь заниматься, если бы я сама не прервала и без того затянувшееся занятие. Все же ребенок маленький. Да и пристальный взгляд его отца ни мог не напрягать. Ладно, позанимаюсь с ним до чемпионата, а потом передам его Ване или Юле. Помогаю ребенку покинуть седло. Его отец подбегает, чтобы помочь мне. Перехватывает его из моих рук.
— Вам же тяжело, — произносит он, ставя мальчика на песчаное покрытие манежа.
— Не стоило. Я в состоянии справиться сама, — беру Азалию под уздцы, подглаживаю ее шелковистую гриву. — Ну, как впечатления? — интересуюсь у мальчика, заглядывая в его серьезные глаза.
— Мне все понравилось. Спасибо, — заявляет он, одаривая меня беззубой улыбкой.
