Прошло больше года, как Пабло Эскобар изменился, одновременно оставшись тем же. Получив воспоминания из будущего, он продолжает строить свою империю, меняя не только Колумбию, но и мир. И на пути вперёд его ждут всё новые и новые вызовы. Справится ли он с ними? Какую цену он за это заплатит?Смертельная опасность на каждом шагу и безумная прибыль от каждого успеха.Падение в пропасть при ошибке и взлет на вершину горы при верном решении... Но каждое ли верное решение - верно?
Что вы представляете себе, когда слышите фразу «Черная вдова»? Паука с красными отметинами? Или, если зоология вам не близка, а близка массовая культура, то Еву Грин в нуарном образе Авы Лорд из «Города грехов» или Скарлетт Йоханссон в обтягивающем черном костюме в роли Наташи Романофф?
В конце 70-х — начале 80-х годов под «Черной вдовой» люди в Латинской Америке, Флориде, Калифорнии и Нью-Йорке представляли совсем другое. Или, точнее, другую. Гризельда Бланко Рестрепо. «Крестная мать». «Леди мафия». Женщина, фактически проложившая дорогу массовым поставкам кокаина в Соединенные Штаты.
С первым своим мужем, Карлосом Трухильо, большим специалистом по подделке документов и торговле людьми, в середине шестидесятых она начала бизнес по экспорту в Штаты марихуаны. Рождение троих детей ей ничуть в этом не помешало, но денег хотелось всё больше и больше. Поэтому, к концу десятилетия она развелась с мужем (который через несколько лет умер при крайне подозрительных обстоятельствах) и отправилась в Нью-Йорк под вымышленным именем.
Первой же поставкой в Большое Яблоко для неё стало целых семь килограммов порошка, провезенных прямо на себе. И денег, вырученных за эту перевозку — почти триста тысяч долларов — более чем хватило, чтобы начать «делать дела» помасштабнее. Этим она и занялась уже со своим вторым мужем, Альбертом Браво.
Бизнес рос стремительно: к семьдесят пятому у неё была дилерская сеть во Флориде (с опорой на Майами), Калифорнии (с опорой на Лос-Анджелес) и Нью-Йорке (в городе и штате). Конкурентов она давила безжалостно, введя моду на «мотоциклетные убийства» — когда жертва расстреливалась киллерами с проезжающего мимо мотоцикла. При этом она не чуралась смертей совершенно посторонних лиц, просто оказавшихся не в то время не в том месте.
Убивала она не только мужей — а вместе с разрастанием её кокаиновой империи ухудшались и их с мужем отношения, и в семьдесят пятом же «Черная вдова» его просто-напросто пристрелила, окончательно закрепив за собой прозвище. Смерть ждала и её любовников, и конкурентов, и предателей (даже просто людей, заподозренных в этом), и поставщиков (если не очень хотелось платить), и просто посторонних лиц (чтобы запугать кого-то или просто «потому что»).
Казалось бы, смерть мужа и партнёра должна была её притормозить…но нет, ни на йоту.
Надо понимать, что в плане источников товара она не заморачивалась — покупала как доставленный груз в Штатах (хотя бы даже и у Эскобара), так и напрямую в Медельине у проверенных поставщиков. Последнее было опаснее (вероятность перехвата полицией, таможней или УБН при самостоятельной доставке росла просто невероятно), но прибыльнее.
Решая проблему перехвата груза, Бланко выпустила аж целую линию женского нижнего белья с небольшими кармашками для перевозки порошка. Много так не провезти, но личных досмотров в то время де-факто не существовало, так что беспрепятственный завоз мелких партий давал ручейки товара, вполне себе сливавшихся в настоящие реки. Грязных денег у Бланко было столько, что в 77-ом её уже вполне открыто в Нью-Йорке называли «Крестной матерью», что ей нравилось настолько, что родившегося в 78-ом сына, своего четвертого ребёнка, она назвала Майклом Корлеоне.
Пытались ли её остановить правоохранительные органы? Да, конечно: ещё в 75-ом на неё велась охота и был выдан ордер на арест. Ей даже пришлось вернуться в Колумбию, в Медельин. Вот только нюанс: ордер был выдан на её вымышленное имя, так что меньше, чем через год, она снова жила в Штатах. На этот раз, правда, уже под своим настоящим именем…
Время в Медельине она потратила не зря, наведя контакты с новыми поставщиками кокаина — в том числе и с Очоа и Эскобаром, тогда только начинавшими свой путь в торговле белой смертью. Собственно, организации этих двоих стремительно занимали всё большую долю рынка год-к-году, хотя по-настоящему все изменилось не так давно.
Союз Эскобара и Очоа, поддержанный гением первого, буквально произвёл революцию. Десятки тонн, которыми начали оперировать «Лос Паблос», с регулярнейшими поставками в Штаты, увеличивали прибыль хотя бы тем, что оптовые цены рухнули до двадцати пяти, а порой и до двадцати и даже четырнадцати тысяч долларов за килограмм. Что при разведении и разбитии на дозы давало просто феноменальные результаты (цена «на улице» доходила до сотни тысяч за кило в пересчете на чистый продукт), при этом фактически убирая геморрой с маршрутами траффика. Фактически, «Эскобар и Ко» уже нарастили доставки до уровня, до которого в