— Вы в прошлом году в Майами не отдыхали? — игриво поинтересовался Иноземцев.
— Нет, — ответила Вера.
— А на Сейшелах?
— Времени не было туда завернуть.
— А кем вы работаете?
— Финансовым консультантом.
— Вы тоже в Давос на финансовый форум? — обрадовался Дмитрий Захарович. — Значит, нам по пути.
Он опустился в кресло рядом.
— Я не в Давос, в Цюрих по делам, — проговорила Вера.
— По каким?
— По служебным.
Иноземцев наклонялся к ней все ближе и ближе, пытался придать своему голосу проникновенное звучание, уверенный в своей неотразимости.
— Может, вам нужна помощь в вашем деле? — говорил он. — У меня большие возможности. Могу поспособствовать и в ваших швейцарских делах.
— Вы сможете вытащить из «Цюрихер Кантональбанка» средства, заблокированные на счету моего клиента? — усмехнулась Вера.
— Можно обсудить этот вопрос, — вкрадчиво улыбаясь, продолжал приближаться к ней Иноземцев. — За какие преступления заблокирован счет?
— Банк решил, что средства добыты незаконным путем, другими словами, вымогательством и взятками. Вы готовы позвонить прямо сейчас вице-президенту банка и договориться? Только, боюсь, после этого звонка вас в аэропорту будет встречать толпа журналистов, задающих вопросы о ваших связях с мафией.
Дмитрий Захарович рассмеялся и отодвинулся. Продолжая веселиться, он отодвигался все дальше. И внезапно спросил уже спокойно и серьезно:
— Виски выпьете с нами?
Вера отказалась. Но потом, когда из-за снегопада над Германией пришлось сесть в Мюнхене, она все же выпила с Иноземцевым и его замом немного белого вина. За четыре часа в баре аэропорта переговорили о многом, хотя Вера больше слушала бахвальства молодых чиновников. Узнала, что Дмитрия Захаровича за несколько лет до его внезапного назначения министром всесильный Березовский назвал Дезиком, и это прозвище крепко пристало к нему. Дмитрия Захаровича теперь так называли все, неизвестно нравилось ли Иноземцеву такое прозвище, но он не обижался. И вообще он показался Вере веселым и беззаботным, уверенным в своем будущем и в своих возможностях.
При расставании в аэропорту Цюриха, прощаясь, он спросил:
— Вы серьезно можете решать вопросы со швейцарскими банками, Вера?
— Вообще-то я прилетела договариваться со швейцарской прокуратурой, — ответила тогда она.
И не соврала. Вера действительно летала в тот самый банк, чтобы помочь разблокировать счета маленькой швейцарской фирмы, на которые вдруг упали пятьдесят миллионов долларов. Фирму открыл слишком самоуверенный российский коммерсант, для того чтобы закупить в Швейцарии крупную партию лекарств, убежденный, что сможет оставить свою маржу у швейцарских гномов.
— Вы можете мне пригодиться, — шепнул Дмитрий Захарович. — Я бы стал для вас хорошим клиентом.
Он достал визитку с золотым гербом и золотую авторучку «Монблан майстерштук», записал поверх российского герба номер телефона.
— Мой личный, — сказал Иноземцев. — Даже президент об этом номере ничего не знает, а следовательно, телефон не прослушивается.
Он подал визитку Вере и, воспользовавшись ее секундной расслабленностью, стремительно наклонился и поцеловал Веру в щеку.
— Я верю, что мы скоро увидимся, — шепнул Иноземцев.
Больше они не виделись.
Борис Борисович предложил поговорить в его каюте. Вера отказалась и добавила, что и в свою его пригласить тоже не может.
Софьин не обиделся. Как будто ожидал именно этого. Сказал, что просто хотел побеседовать, а потом провести экскурсию по кораблю.
— Начнем с экскурсии, — предложила Вера.
Путешествовали почти час, потому что было что посмотреть. Как оказалось, по заказу Бориса Борисовича на судне оборудовали зал казино, в ресторане построили эстраду для программ варьете. И Софьин сообщил, что ему удалось договориться с гаванским клубом «Тропикана», где работают самые лучшие танцовщицы, чтобы они выступали у него во время круизов по Карибскому морю. Хотя, как выяснилось, особых доходов от продажи туров на заманчивые круизы Софьин не ждет.
— Вы помните, как называется это судно? — спросил он.
— «Карибиен кап», — ответила Вера.
— «Карибский кубок», именно! — обрадовался Софьин. — У меня получилось то, на что я не мог даже рассчитывать. Конечно, я предполагал, строил планы, но сейчас все получилось. И даже больше!
— Что получилось? — не поняла Вера.
