Я вздрагиваю, когда замечаю рядом стоящую Катерину и слышу ее тихий голос – я уменьшила громкость слуховых аппаратов, чтобы справиться с музыкой в шумном баре.
Черт. Черт. Черт.
– Одну секунду, – я выключаю телефон и удивительно спокойно улыбаюсь Кэт: – Теперь я готова.
Знаете что? К черту их всех. Я больше никому не позволю поставить меня в безвыходное положение.
Найдя в толпе рыжую голову Эммы, которая танцует до упаду и забирает все внимание, я беру Кэт за локоть, чтобы подойти к сумасшедшей Кларк.
– Вы здесь! – она забирает у официанта новую порцию текилы и передает нам.
Непрекращающийся шум музыки и чужих разговоров, танцы, сверкание огней вызывают во мне тревогу.
Мне хочется сбежать в музыкальную студию к моей скрипке, но вместо этого я принимаю у Эммы алкоголь, а затем начинаю танцевать.
После трех шотов текилы тошнотворное напряжение в моем теле немного спадает, и я начинаю ощущать прилив энергии. Впервые за последний месяц мысли об отце, о боли в моем запястье, о маме, которую я не могла вспомнить, стерлись, словно их и не было. Завтра я пожалею об этом, но сегодня я хочу продлить это чувство как можно дольше.
Мы двигаемся ближе к танцполу, привлекая парней. Ни одна из нас не обращает на них никакого внимания, пока темноволосый студент не кричит мне в слуховой аппарат:
– Привет, Эль. Я Лукас, ты помнишь меня?
Он кидает взгляд на мои ноги. Я провожу рукой по бедру, проверяя платье.
– Эмм… нет. Прости, мы знакомы?
Парень прижимается ко мне ближе, говоря что-то, что я не могу разобрать. Мне не нравится его близкое присутствие.
– Что? – я делаю шаг в сторону и спотыкаюсь. Катерина ловит меня за локоть, нахмурившись.
– Эль, больше никакого алкоголя.
Все вокруг начинает ощущаться нереальным, искаженным. Ненастоящим.
Вот дерьмо.
– Все в порядке.
– Я так не думаю. Ты… – Кэт осекается, когда ее перебивает Эмма, смотря на кого-то за моей спиной:
– Что, мать твою, они здесь делают?
Я оборачиваюсь и замираю, когда вижу никого иного, как Аарона Кинга в сопровождении его дьявольской свиты.
Все студенты слишком увлечены ими. Особенно блондинка Флоренс Грейсон, которая пытается повиснуть между Кастилом Сноу и Чон Хваном, потому что первое, что сделал Аарон, когда она пыталась поцеловать его в щеку, – безразлично оттолкнул ее.
Флоренс одета в мини-юбку и светлый джемпер, обтягивающий ее красивую фигуру. Платиновые волосы идеально выпрямлены, а голубые глаза светятся весельем, невзирая на произошедший инцидент. Я уверена: все в этом помещение знают, что Аарон спал с ней, а теперь он относится к девушке как к какой-то ненужной вещи.
Мудак.
Я вздрагиваю от отвратительного голоса разума и тут же блокирую его.
Аарон Кинг – это почти два метра высокомерия, непослушные светлые волосы и впечатляющее телосложение, подкрепленное изнурительными тренировками и бесчеловечными поединками на бойцовском ринге. Я понимаю обсессию девушек на его внешности, но его суть?
У таких подонков, как он, не бывает души.
Аарон Кинг продал душу дьяволу в тот день, когда родился.
– Эй! – орет Эрик Боулмен в нашу сторону, улыбаясь и тыча пальцем в парня, танцующего рядом с Эммой: – Если ты тронешь мою маленькую сестренку, я выстрелю в твою тупую голову.
– Вот ублюдок, – закатывает глаза. – Он портит мои дни рождения с тех пор, как мне исполнилось семь. Дайте мне пару минут. Я разберусь с ним.
Эми быстро протискивается сквозь толпу, и нам с Кэт приходится последовать за ней. Чем ближе я подхожу к Кингу, тем сильнее сжимается мой живот. Вряд ли я смогу сохранить спокойный рассудок будучи пьяной и озлобленной, но Эмма…
– Тебя не приглашали, Боулмен, – Эмма парадирует своего двоюродного брата и тычет пальцем в его грудь. Учитывая их поразительную разницу в росте, это похоже на попытку мухи напасть на слона, но разве это когда-нибудь останавливало Кларк?
Эрик драматично морщит нос:
– Теперь я расстроен.
– Я даю тебе десять секунд, чтобы убраться отсюда.
– Или что?
– Или я надеру твою заносчивую рыжую задницу.
Я смотрю на Аарона, вспоминая нашу последнюю встречу, но меня пробирает дрожь, когда я понимаю, что его ледяной взгляд направлен прямо на меня.
Очень знакомый темный взгляд, который пытается залезть под кожу, движется от моих порозовевших щек, спускается по вздымающейся груди и сосредотачивается на голых ногах, сверкающих из-за хайлайтера.
Если скрыть светлые волосы капюшоном, заменить объемную куртку на толстовку, добавить маску…
Кислород в моих легких резко заканчивается.
Нет.
Нет.
Примечание:
