— Безусловно. Даже не углубляясь в детали, можно с уверенностью предположить, что побочные результаты управления телесностью — социальные, человеческие, цивилизационные — будут потрясающими. Собственно, анализ этих последствий, о которых мы поговорим во второй части, и есть основная цель нашей работы…
— Итак, Вера, вы говорили, что у вас накопились вопросы… Слушаю вас.
— Профессор, когда можно ожидать появления новых биомедицинских технологий? Что нужно сделать, чтобы его ускорить?
— Мы уже говорили, что сроки будут зависеть от успехов в фундаментальных исследованиях. Предсказать их невозможно, но можно принять меры для того, чтобы несколько ускорить события. Что для этого нужно? Усилить государственное и общественное внимание к проблеме, осознать ее актуальность и задействовать дополнительные материальные и интеллектуальные ресурсы.
Сегодня на медицину, здравоохранение, и, в более широком смысле, на сбережение, продление жизней, расходуются поистине огромные средства. Используются все более сложные и дорогие медицинские технологии. Люди тратят огромные личные средства, массу времени и сил на поддержание своего физического состояния. Это дает безусловные результаты. В некоторых развитых странах средняя продолжительность жизни уже приближается к физиологическому пределу. Однако нельзя не понимать, что в перспективе при экстенсивном развитии все большие усилия будут давать все меньшие результаты. При этом существующая социально-медицинская доктрина даже в качестве отдаленной цели не выдвигает естественную, казалось бы, задачу — полностью преодолеть старение и смертность человека.
Нужны новые методы, принципиально иные. Они уже зреют и, безусловно, будут созданы, но необходимы дополнительные усилия. Можно сказать, что сегодня счетчик уже включен и каждый лишний день промедления — это миллионы потерянных в будущем жизней. Важен перелом в мировоззрении мировых элит, которые к сожалению, пока больше озабочены иными, иногда достаточно странными, проблемами… Однако есть надежда, что ситуация изменится. Мир не станет лучше, пока не станет лучше человек.
Можно отметить и некоторые другие субъективные и объективные моменты, способные оказать влияние на разработку и внедрение нанобиологических технологий.
Идея биомодификации человека может поначалу вызвать в обществе еще больше непонимания, опасений, сомнений и дискуссий, чем всем известные ГМО. Несложно предсказать, что сторонники и противники будут сталкиваться в спорах о моральности, опасностях, гуманности изменения человека. Аргументы обеих сторон слышны уже сегодня (об этом речь пойдет во второй части книги).
Разумеется, опасность применения новых нанобиологических технологий, как и вообще любых новых технологий, в негуманных и даже преступных целях, существует. Это отдельная тема, углубляться в которую мы сейчас не будем. Отметим только, что все возможные угрозы подобного рода потребуют принятия адекватных мер. Однако при всех возможных проблемах вряд ли можно оспаривать право человека, разумеется при определенных ограничениях, изменять по своему усмотрению себя, свое тело. В целом же очевидно, что позитивные стороны биомодификации, заинтересованность в ней конкретных людей и социума настолько существенны, что вряд ли можно ожидать отказа от нее.
Достаточно серьезным препятствием для создания технологий биомодификации на сегодняшний день являются биоэтические проблемы, неизбежно возникающие при необходимости проведения экспериментов на людях. Но в целом проблема эта не нова. На завершающих этапах разработки любого медицинского метода его испытание на человеке неизбежно сопровождается определенными рисками. Сегодня эта проблема активно дискутируется в научном и околонаучном сообществах и запреты на генетические эксперименты на человеческом материале (людях, эмбрионах) существуют во многих странах. Но как бы то ни было, ее придется решать и общая тенденция сегодня — постепенное смягчение запретительного подхода35.
