— Распутывать эту паутину. Искать нестыковки в договорах, подкупленных свидетелей, фальшивые подписи. Если сейчас объявить о вашем возвращении, Лазурины скажут: наследник жив, мы рады, но имущества нет. Всё продано законно, вот документы.
— Разумно. Я готов оплатить расходы на расследование. Свидетели, экспертизы, всё, что потребуется.
— Благодарю. Это ускорит процесс.
Какое-то время мы ели молча. Громов методично разделывал стерлядь, я доедал осетрину. Капля устроила в аквариуме целое представление. Собрала стайку окуней и учила их синхронному плаванию.
— Кстати, — сказал я, откладывая приборы. — Хочу выкупить участок земли с Синей дырой.
Громов поперхнулся вином. Закашлялся, схватился за салфетку.
— Синюю дыру⁈ — выдавил он, отдышавшись. — То проклятое озеро, где люди тонули десятилетиями? Вы в своём уме?
— У меня есть планы на эту землю.
— Какие планы можно иметь на место массовых смертей? Туда даже браконьеры не заплывают.
— Тем лучше. Никто не будет мешать.
Громов смотрел на меня как на сумасшедшего. Потом пожал плечами. Клиент всегда прав, даже если он ведёт себя странно.
— На фиктивное имя землю не купить. Но можно зарегистрировать предприятие на Данилу Ключевского. Цена будет смешная. За такую землю скорее доплатить должны, чтобы кто-то согласился взять.
— Готовьте документы.
— К завтрашнему утру всё будет готово. — Он сделал пометку в блокноте. — Теперь другая новость. Долгорукий сбежал, это вы знаете. Но пропали ещё двое. Пётр Волынский и Сергей Рокотов. Оба офицеры, сослуживцы Долгорукого из полка. Не ночевали в казармах, не явились на построение. Чарофоны молчат. Их бы не хватились, если бы не ещё одно происшествие. Из арсенала исчезли боевые артефакты. Жезлы, защитные амулеты, даже «Длань небес», экспериментальная установка.
— У вас хорошие информаторы, Василий Петрович.
— А как иначе? — он пожал плечами.
Интересно. Значит, мои ночные гости прихватили казённое имущество перед смертью. Вот почему они были так хорошо вооружены.
— А что если они сбежали вместе? Прихватили артефакты на продажу.
— Зачем? — задумался Громов. — Долорукий понятно. Но остальные? Оба на хорошем счету. У Петра свадьба была на носу.
— С кем? Невеста красивая?
— С дочерью графа Булатова, Лизаветой Константиновной. — Громов скривился. — Откровенно говоря, невеста страшна как кикимора, зато приданое хорошее.
— Вот вам и мотив.
— Думаете, такое возможно?
— Думаю, эта история очень понравится прессе. Из офицеров-героев сделать дезертиров и воров. Публика любит низвергать кумиров с пьедесталов.
Громов оживился.
— Артефактов там на тридцать тысяч! «Длань небес» вообще бесценна, это секретная разработка. Отличная история для газет!
Тридцать тысяч. Столько денег я утопил вместе с трупами.
«Данила!» — Капля возмущённо булькнула. — «Тридцать тысяч⁈ Это много? Капля говорила! Не надо выбрасывать блестяшки!»
«Тихо. Это были опасные улики».
«Глупые улики! Блестяшки важнее!»
— А если они объявятся? — спросил Громов.
— Не объявятся.
Громов внимательно посмотрел на меня и хмыкнул.
— Простите, до сих пор не сразу осознаю, кто вы такой и чей потомок, — сказал он. — Не хочу знать подробностей. Как ваш адвокат, я ничего не слышал.
Счёт принесла та же официантка на серебряном подносе в форме раковины.
— Пополам? — спросил Громов с улыбкой, помня о нашей прошлой встрече.
Я достал бумажник.
— Ваш клиент вполне платёжеспособен. На какие средства по вашему я собираюсь покупать Синюю дыру?
Громов рассмеялся.
— Данила, этот обед стоит дороже всей земли вокруг Синей дыры! Но вам виднее. Завтра в десять, в моём офиса. Знаете адрес?
— Нет.
— Сброшу вам сообщением, чтобы не забыли. До завтра!
Мы попрощались. Капля обиженно булькала всю дорогу до лодки.
«Данила дал деньги фальшивым русалкам! Несправедливо!»
У кабинета Надежды Светловой было неожиданно многолюдно.
У дверей толпилось человек пять. Рабочие с верфи, судя по одежде. Оказывается, они все сопровождали своего коллегу, здоровенного мужика с лицом, обветренным всеми ветрами Озёрного края.
Он стоял, прислонившись к стене, явно превозмогая боль. Правая нога была обмотана повязкой, теперь больше похожей на тряпку.
Дверь открылась. Надежда вышла, провожая пожилую женщину с перевязанной рукой.
— Помните, два раза в день промывать настойкой, которую я вам дала. И никакой работы этой рукой минимум неделю.
— Спасибо, доктор, — женщина сунула ей в руку несколько медяков. — Добра вам, и жениха хорошего!
Надя проводила её взглядом и повернулась к ожидающим. Белый халат был безупречно чистым, несмотря на то, что она явно работала с утра, а время перевалило далеко за полдень.
Она выглядела уставшей. Но когда увидела меня, всё изменилось. Глаза заблестели, на щеках появился лёгкий румянец, который она тут же попыталась скрыть, отвернувшись к грузчику.
— Проходите, я вас сейчас осмотрю.
Но прежде чем увести пациента, она повернулась ко мне.
— Данила? Не ожидала вас сегодня увидеть, — сказала она мило соблюдая приличия. — Мы договаривались на завтра, вы говорили что мастер…
