«Ты — Архимаг Глубинных Течений,» — настаивал другой голос, более глубокий, властный. — «Создатель Лазурного Свода, повелитель водных стихий, тот, чьё имя шептали со страхом и восхищением. Эта жизнь — лишь мгновение для тебя, временное пристанище для твоей древней души.»
Мгновение эти две половинки отчаянно боролись во мне, а потом вдруг сложились как две детали одной головоломки.
Щелк!
И я стал целым.
Воспоминания хлынули потоком.
Я видел, как сотни сильнейших боевых магов Совета прорывался через защитные барьеры, как их аура искажала привычные подводные течения. Совет объявил меня еретиком — за то, что я осмелился достичь непревзойдённого мастерства в водной магии, за то, что отказался подчиняться новым ограничениям.
Ученики и старейшины, готовые умереть за меня и за свободу магического искусства.
Я велел им всем спасаться, чтобы сохранить секреты стихийной магии, а сам принял бой. Неравный, но давший моим последователям возможность укрыться.
Когда мои силы иссякли, я использовал ритуал Вечного Течения, растворил своё физическое тело в водовороте чистейшей энергии.
А часть сущности спрятал в перстне с сапфировой каплей — том самом, что сейчас в качестве медальона висел на моей шее.
Прошли века или тысячелетия — не знаю. Но именно сейчас пришло время вернуться.
Вспышка закончилась так же внезапно, как началась. Время снова потекло, и я вновь увидел творящийся на палубе кошмар.
Обер-майор, мой конвоир в панике, палил из револьвера в монстра, но только привлекал этим внимание существа.
— Бесполезно! — крикнул я, но он не слышал меня в общем гвалте.
Пули проходили сквозь маслянистую тушу монстра и растворялись в ней, как камни, брошенные в болото.
Тварь дёрнулась, замерла на мгновение, а затем её внимание целиком переключилось на конвоира. Три щупальца одновременно взметнулись над палубой, словно кобры перед броском, и замерли, нацелившись на побледневшего офицера.
— Беги, дурак! — крикнул я, но конвоир, охваченный паникой, продолжал стрелять, пока револьвер не защёлкал вхолостую. Тварь, словно ожидая это, атаковала.
Щупальца двигались с неестественной скоростью, превращаясь в размытые тёмные полосы.
Первое обвило ногу конвоира, второе — туловище, а третье обхватило шею, сдавливая её с такой силой, что глаза офицера едва не вылезли из орбит.
Его рот раскрывался как у рыбы, выброшенной на берег, но вместо крика вырвался только хрип, оборвавшийся, когда щупальце утащило его под воду.
Я выскочил на середину палубы, с трудом держа равновесие на качающихся досках.
— Всем назад! — заорал я, перекрывая шум. — Держитесь подальше от бортов!
Матросы в панике метались, но несколько человек, услышав мой окрик, рванулись к палубным надстройкам.
В голове всплыло древнее заклинание «Разделения» — именно то, что нужно против водных сущностей. Я вытянул руки к твари, произнося слова на языке, которого не знал, но откуда-то помнил. Языке самой воды.
И ничего. Пшик.
— Проклятье, — процедил я сквозь зубы.
Мое тело было ничтожно слабым, а заклинание требовало гораздо больше энергии, чем я мог сейчас собрать. Слишком рано. Знания архимага пробудились, но вот использовать их было невозможно.
— Сделай что-нибудь, водяной! — заорал капитан. — Ты ж маг, чтоб тебя!
Я его проигнорировал. Требовался другой подход. Вместо прямой атаки я стал изучать структуру монстра. В свете корабельных прожекторов казалось, что тварь соткана из самой тьмы, но постепенно я начал замечать в ней узоры. Не случайные, а подчинённые закономерностям.
— Вот ты какой, — пробормотал я, вглядываясь в колеблющуюся тень существа.
Приглядевшись внимательнее, я заметил внутри тёмных щупалец пульсирующее ядро — сгусток концентрированной энергии, к которому сходились все силовые линии.
— Элементаль, — выдохнул я.
Не искусственный конструкт, а изначально безвредный водный элементаль. Существо, веками питавшееся человеческим страхом и болью погибших в этом месте, постепенно превратилась в чудовище.
У элементалей всегда есть ядро. Уничтожь ядро — уничтожишь сущность.
— Эй, страхолюдина! — заорал я, подчиняя брызги воды вокруг себя. — Вот он я!
Тварь замерла, словно прислушиваясь. Несколько щупалец повернулись в мою сторону, колеблясь в воздухе, будто принюхиваясь.
Сомневаюсь, что она услышала мои слова. Но вот родственная ему магия манила существо, словно голодного манит запах свежей выпечки.
— Давай, подходи, — прошипел я, нащупывая перстень под рубахой.
Точечная атака требовала меньше энергии, чем воздействие на всё существо. Это я ещё мог потянуть. Но нужно было, чтобы тварь подставила своё ядро под удар.
Несколько щупалец метнулись ко мне одновременно. Я отпрыгнул, перекатился по палубе и вскочил на ноги. Краем глаза заметил, как капитан, бледный от ужаса, наблюдает за мной из дверей рубки.
— Лево руля! — крикнул я ему. — Резко!
Не знаю, что двигало им в тот момент — страх или доверие ко мне, но он метнулся к штурвалу и резко повернул его. Баржа накренилась, и элементаль едва не рухнул за борт, хватаясь щупальцами за всё, до чего мог дотянутся.
Сейчас или никогда!
