— В училище мне платили стипендию и кормили. Сейчас мне не на кого рассчитывать. Есть доллары, которые я привез из Ливана, но они кончаются. Кроме того, в конце августа придется уйти из общаги — квартиру придется снимать. Ты, насколько я понимаю, в той же ситуации?
— Меня Таня выручает. Во всяком случае, крыша над головой есть.
— Только не говори, что ты живешь за ее счет.
Али протестующе поднял ладони:
— Я этого не говорил.
— Тогда помоги мне с работой.
— С работой… работой это назвать сложно.
Он испытующе посмотрел на Шакиба:
— У тебя паспорт не просрочен?
— Оба не просрочены.
— У тебя их два? — удивился Али.
— Да. Израильский «лессе-пассе» и ливанский, совсем новый. Мне перед отъездом сделали. Правда, в израильском написано «иорданец»…
— У меня — то же самое, — успокоил Али. — Ты в Европе бывал когда-нибудь?
— Конечно — Ленинград же в Европе.
— Я Западную Европу имею в виду.
— Пока что нет. А почему ты спрашиваешь?
— Видишь ли, СССР — довольно закрытая страна. Мало кто из его жителей может выехать за границу. А вот потребность во всяких товарах существует. Тот, кто их привозит, неплохо зарабатывает.
— Я знаю, — согласился Шакиб, — сам старые джинсы в Симферополе продал дороже, чем новые в Бейруте стоят.
— Джинсы… — улыбнулся Али, — есть товары и поинтереснее.
— Мой двоюродный брат лекарства в Иордании закупает и в Хевроне продает. Но для этого начальный капитал нужен, деньги на дорогу… Да и как я в Европу попаду?
— Есть в Ленинграде люди, которые мне верят. Они и дают мне деньги на дорогу и на товар. А Таня помогает с выездной визой — она же в деканате для иностранцев работает.
— Это что за виза такая? Европейская? — не понял Шакиб.
— Да нет же, — поморщился Али. — Чтобы выехать временно из СССР, студенту-иностранцу нужна такая бумажка. Это разрешение на выезд и возвращение. Там сроки указываются и страна, куда едешь. Половинку при выезде забирают, а другую — при въезде.
— А в Европу по ней же пускают?
— В Европу, брат, виза нужна. Ее получить очень сложно.
— Так как же быть?
— Есть такая территория посреди Восточной Германии. Называется Западный Берлин. Слышал?
Шакиб отрицательно покачал головой.
— Историю учить надо, — важно сказал Али. — После Второй мировой войны государства-победители поделили столицу Германии на зоны оккупации. Половина Берлина досталась Советскому Союзу, а другая половина — Англии, Франции и США. В результате получилось два Берлина — Западный и Восточный. В Западном все товары, как в ФРГ и деньги тоже западные. А в Восточном — такой же социализм, как здесь. Так вот, по четырехстороннему соглашению граждане этих государств-победителей и легально находящиеся на их территориях иностранцы могут посещать территорию всего Берлина без визы. Только контроль очень жесткий — для жителей СССР нужна выездная виза и приглашение из Западного Берлина.
— А приглашение где взять?
— Приглашениями торгует один сомалиец в твоей общаге — у него брат в западной зоне уже лет десять живет. Так что Таня займется визами, а ты приглашения добудешь. Сам понимаешь — мне в общаге появляться опасно. Слушай, а почему ты у своей девушки не поселишься?
Шакиб покачал головой:
— Она живет с мамой и бабушкой.
— Ну, и что? Почти все советские люди так живут. Здесь проблема с отдельным жильем.
— Нет, я люблю ее и не хочу позорить. Нельзя жить с мужчиной без брака.
Али рассмеялся:
— Отвыкай от палестинских обычаев. Сам же сказал — здесь Европа.
* * *
Студент-сомалиец лишних вопросов не задавал — просто вписал данные Али и Шакиба в приглашения, спрятал тридцать долларов в карман и предложил:
— Обращайся еще — скидка будет.
Таня тоже не подвела — через три дня принесла заветные серые бумажки с фотографиями.
— Теперь на вокзал, за билетами? — спросил Шакиб. — Или с проводниками поедем?
Али долго смеялся.
— Ну, ты даешь! Тебе что в Гагры, что в Германию — никакой разницы. Это же ЗАГРАНИЦА! Туда билет даже не на вокзале продают, а в специальной кассе.
Специальная касса находилась в гостинице «Москва». Хмурая женщина в кабинете проверила паспорта, приглашения, выездные визы и только после этого выписала им билеты до Восточного Берлина. И предупредила:
— В день приезда и в день отъезда ваши плацкарты действительны в метро Западной зоны.
Шакиб ничего не понял, но вопросов задавать не стал.
Дебаркадер Варшавского вокзала впечатлял своими размерами и застекленной крышей. Только поезда почему-то туда не доходили — перроны обрывались, не доходя до здания, и посадка в вагоны происходила на улице, под дождем.
