– Майне дамен, – обратилась она к собравшимся. – Мы есть хотеть побыть в одиночестве.
Леди поднялись как одна и принялись собирать рукоделие.
– Мистрис Дини, вы есть пожалюста оставаться.
Пока дамы, переговариваясь, выходили из королевских покоев, Дини продолжала стоять перед королевой, украдкой отряхивая платье от прилипших к нему ниток.
Стоило двери захлопнуться, как Анна Клевская заговорила:
– Сегодня утром Кромвеля есть отвозить по воде в Тауэр.
От неожиданности Дини снова плюхнулась в кресло, позабыв спросить разрешения.
– Это хорошо или плохо?
– Не знаю, – ответила королева, продолжая сжимать в руках бумагу, принесенную Энгельбертом. – Кромвель устроить мою свадьбу. Он выдавать мне деньги на одежду и остальные вещи. Я есть далеко от дома, мистрис Дини. Думаю, вы хорошо знать, что это такой. Я нахожусь в полной зависимости от мой муж.
– А может быть, вам уехать? – торопливо предложила Дини. – Взять да и вернуться в родной Клев. И побыстрее. Я, со своей стороны, буду рада помочь, и Кит сделает все, что сможет.
– Нихт. – Королева подошла к своему рабочему столику и положила бумагу на его гладкую поверхность. – Я теперь замужняя дама. Что бы ни случилось, я не могу ехать в Клев. Это есть плохо для честь моего брата, герцога Клевского.
– А если будет ясно, что здесь нечего ловить, что тогда?
– Ловить? Что ловить? Я не есть понимать. Откашлявшись, Дини решила донести свою мысль в более приемлемых для слуха дамы XVI века выражениях:
– Хотя в этом не ваша вина, король, быть может, решит найти себе новую супругу.
– Вы, наверное, думайт, что я дура? – бросила королева. Дини в первый раз увидела, как сдержанная голландка показывает свои коготки. – Король есть непостоянный мужчина. Сегодня он хочет вас, завтра – Кэтрин Говард. Клянусь, мистрис Дини, он ни разу не хотеть меня. И по этому поводу я есть отшень рада.
– Вы хотите сказать, что не возражаете, если король дарит своим… хм… вниманием… хм… другую?
– Не возражаю ли я? Ха? – Королева отошла от стола и опустилась в кресло рядом с Дини. – Я хорошо знайт, что случается с женщинами, которым король дарит свой внимание. Одна состарилась раньше времени и умирайт в дальнем монастырь. Другой отрубили голова. Самый счастливый та, что умерла при родах. Нихт. Пусть королевой буду я, а король дарит свой внимание другим бедным штучкам.
– Но ваше величество, король желает заполучить герцога Йоркского – младшего брата принца Уэльского.
– И что? Я его не останавливайт. Пусть я получу герцог Йоркский, а король пусть идет к другой женщина. – Казалось, королеву вполне устраивало такое положение дел.
Дини озадаченно покрутила головой:
– Вы хотите сказать, что у вас с королем уже было… ну, вы знаете?
– Что я должна знайт?
– Одну минуту. Позвольте мне немного подумать, как вам лучше это объяснить. – Дини задумчиво посмотрела в окно и увидела за стеклом пичужку, присевшую на подоконник. Крошечный силуэт птички дошел до нее в чрезвычайно искаженном виде из-за толстого неровного стекла. – Скажите, ваше величество, есть ли вероятность того, что герцог Йоркский уже, так сказать, на подходе? Другими словами, если этот крохотный герцог живет у вас в животе, то ваше положение при дворе может стать более чем стабильным.
– Если король мне скажет, я буду скоро иметь герцог Йоркский.
– Извините, ваше величество, но мне кажется, что изготовление маленького герцога может потребовать от короля усилий совсем другого рода.
Королева вопросительно изогнула свои выщипанные бровки:
– Неужели?
Дини снова смущенно кашлянула.
– Я, видите ли, хочу спросить у вас, ваше величество, следующее: хм, что происходит у вас с королем ночью?
– Ага! Я вас понимай. Это довольно приятно – то, что происходит. Король шлепайт меня по плечу и говорит – спокойный ночь!
– А что потом?
– Как что? Потом я ему говорить – спокойный ночь, ваше величество.
– Ну а потом?
– Потом я ложусь спать, потому что есть ночь. Дини молитвенно сложила на груди руки:
– Но прежде чем вы ложитесь спать, король хоть иногда вас… хм… целует?
Королева уставилась на Дини непонимающим взглядом:
– Зачем он должен меня целовайт и будить, когда идет глюбокий ночь?
– Ваше величество, – Дини наклонилась вперед, – неужели вам никто никогда не рассказывал о птичках и пчелках?
– Конечно, рассказывали, глюпышка. – Королева посмотрела на Дини свысока. – И птички, и пчелки умейт летайт.
Когда весьма разговорчивая по характеру Дини неожиданно запнулась, не зная, что еще придумать, в дверь постучали. Снова появился Энгельберт, на этот раз, правда, не столь взволнованный.
– Ваше величество, герцоги Саффолк и Гамильтон есть просить вашей аудиенции.
Дини вскочила на ноги:
– Кит!
