Сэм попытался ободрить её улыбкой. Когда колонна машин стала видна, сирены завыли ещё громче, люди размахивали флагами, кричали и аплодировали. На дороге появились три автомобиля, на подножках стояли агенты Секретной службы, на заднем сидении последней сидел президент Лонг и размахивал соломенной шляпой. Кто-то в толпе начал скандировать: "Лонг! Лонг! Лонг!", но Сэм расслышал, как в то же самое время раздался другой клич: "Работа! Работа! Работа!". Слыша эти голоса, глядя на своих бедно одетых соседей, с плохой кожей, плохими зубами, в дрянной обуви, залатанных костюмах и платьях, он слышал мощь в их криках. После стольких лет у них снова появилась надежда. У него возникла тревожная мысль о том, что их снова обманут, что всё это снова окажется ложью. О, кто-то получит работу, но у этой работы будет свой ценник: преданность и слепая верность Царю-рыбе. А остальным - пособие, пособие, которое будет оплачено рабским трудом евреев, и платить они будут ту же цену. Этих людей попросят отдать свой голос и свободу ради постоянного чека, и кто станет их винить, если они согласятся?
Когда машины в клубах выхлопов и пыли проехали, Уолтер вышел из почтового отделения в компании человека, который передвигался с некоторым трудом.
Сэм повернулся к Алисии.
- У вашего мужа была искусственная нога? Протез?
Она повысила голос, чтобы перекричать толпу.
- Ага. Он мне писал об этом ... ему её выдала в том году одна американская благотворительная организация. Костыли ему больше не нужны.
Путь им преградила толпа, которая до сих пор хлопала в ладоши и скандировала "Работа! Работа! Работа!". Сэм наблюдал, как Уолтер и Реджинальд шли и переговаривались, затем толпа шевельнулась, и он потерял их из виду. Когда он снова их разглядел, британского лётчика уже не было.
Уолтер оставался на месте.
Реджинальд исчез.
На двух ногах. А не на костылях, как прежде.
Люди толкали и пихали их. Сэм оттащил женщину к ближайшему фонарному столбу, прислонил к нему и сказал:
- Стойте здесь. Я перейду улицу, поговорю с Уолтером, узнаю, куда ушёл ваш муж.
- Вы так добры. Я очень давно его не видела.
Что-то в её голосе тронуло Сэма.
- Вы, должно быть, очень гордитесь им, пилот-герой и всё такое.
В её глазах стояли слёзы, но лицо выглядело озадаченным.
- Что... простите?
- Ваш муж. Реджинальд. Пилот Королевских ВВС. Вы должны гордиться им.
- Вы ошибаетесь, инспектор. Реджи никогда не летал. Ни разу.
Внезапно толпа как будто исчезла, остались лишь они вдвоём, недоверчиво глядящие друг на друга.
- Вы показали мне его фото, - произнёс Сэм. - В форме. Он мне сказал, что был пилотом. И Уолтер тоже об этом говорил.
Уверенное отрицательное движение головой.
- Мне кажется, я, блин, очень хорошо знаю, где служил мой муж. Он не был пилотом.
Сэм смотрел в её уверенное лицо.
- А кем он был?
- Королевским инженером.
- Королевским инженером? И чем он занимался?
Когда она сказала, он побежал, пробивая себе путь сквозь толпу.
Глава шестьдесят первая
Перебегая улицу, Сэм едва не угодил под мчащийся "Шеви", ехавший в составе другого кортежа, в котором катили журналисты и кинохроникёры. Когда Сэм, практически выдохнувшись, добежал до почтового отделения, он принялся локтями распихивать толпу, чувствуя то же самое отчаяние, что и днём ранее, когда пытался добраться до брата.
Где, блин, этот Уолтер?
Писатель исчез. Сэм забежал на лестницу, огляделся. Вот. Уолтер шёл по улицу, влившись в людской поток, спеша на железнодорожный вокзал, чтобы тепло попрощаться с президентом.
Работа, работа, работа. Наконец, Депрессия встретила достойного противника.
Он влился обратно в толпу, пробиваясь сквозь неё, размахивая значком и крича:
- Полиция, разойдись! Полиция, разойдись!
Однако всё происходящее вокруг напоминало какой-то фестиваль, люди были крайне счастливы и не желали расходиться. Под рёбра Сэму безжалостно впивались чьи-то локти, а одна крупногабаритная женщина наступила ему на ногу высоким каблуком, но к этому времени железнодорожный вокзал уже появился в поле зрения.
Сэм заприметил впереди пухлый силуэт. Он набрал воздуха в грудь и отпихнул пожилую пару, отчего женщина едва не упала.
Он схватил Уолтера за воротник пальто.
- Эй! - воскликнул Уолтер, и Сэм развернул его лицом к себе. Бывший жилец издал нервный смешок. - Ой, Сэм! Божечки, ну и напугали вы меня. Я уж решил, что меня грабят. Или даже арестовывают.
Сэм держал Уолтера за воротник и тащил ко входу в строительный магазин. Он затолкал Уолтера внутрь и, тяжело дыша, произнёс:
- У тебя есть одна минута, чтобы объяснить, что, блин, происходит, иначе я сдам тебя федералам. Поглядим тогда, чего стоит всё твоё высшее образование, когда тебе дадут топор и заставят рубить пятидесятифутовую сосну.
Уолтер вновь попытался рассмеяться, но нервный звук, казалось, застрял у него в горле. Его белая рубашка была помята, а красный галстук неуклюже висел на пухлой шее. Он огляделся и произнёс:
- Сэм, я и правда, не понимаю, о чём вы говорите.
- Где твой саквояж, Уолтер?
- Моё, что?
