- Многие из нас думали, что мы в прошлый раз сделали достаточно, - сказал Сэм. - Всё было похоже на очередную европейскую заварушку, а предыдущая закончилась не очень хорошо. Поэтому большинство наших решило не вмешиваться.
Реджи покачал головой.
- О, нет, вы вмешаетесь. Может, не в этом году, может, в следующем, но я вам это гарантирую, инспектор. Как только этот ёбаный немецкий художник прихлопнет "красных", он снова повернёт на запад. И никакой бескрайний океан вам не поможет. Может, тогда вы пожалеете, что не помогли нам.
Уолтер открыл дверь и Реджи выбрался наружу. Влетел холодный воздух, а когда дверь закрылась, Уолтер повернулся к Сэму и произнёс:
- Ещё раз прошу прощения за то, что побеспокоил вашу дражайшую супругу.
- Извинения приняты, Уолтер. Ещё одно... и клянусь Господом, я вам этого не говорил. - Сэм никогда бы не подумал, что поступит подобным образом, но по прошествии последних нескольких дней он уже не мог молчать. - Завтра ночью. Возможно, вы захотите рассказать об этом Реджинальду и другим своим друзьям, дабы те не ходили по привычным им местам. Кое-что намечается. Я ясно излагаю?
- Кристально ясно, Сэм... Не могу описать, как же я вам обязан, это будет...
- Уолтер, я понятия не имею, о чём вы говорите. И вы тоже.
Жилец схватил его за руку.
- Я не верующий, но пусть Господь благословит вас за то, что вы делаете.
Сэм выдернул ладонь из хватки Уолтера.
- Полагаю, Господу есть чем заняться, помимо беспокойства обо мне.
***
Прежде чем лечь в постель, Сэм проведал Тоби. Сын тихонько слушал детекторный приёмник; к счастью тот транслировал спокойную танцевальную музыку для тех мест, где у людей были деньги и время, чтобы танцевать. Сэм потянулся, чтобы выключить радио, как Тоби дёрнулся и сказал:
- Пап?
Он сел на край кровати.
- Да, малыш. Что такое?
- Мммм, мама сказала, завтра мы отправимся в путешествие... к дедушке.
Сэм коснулся волос Тоби.
- Всё так. Всего на несколько дней. Ты и мама.
- А у меня в школе проблем не будет?
- Нет, проблем не будет.
- Хорошо. У меня там их и так полно.
Дыхание сына успокоилось, и Сэм встал, чтобы уйти, но Тоби снова дёрнулся и сказал:
- Знаешь, я им сказал. Что мой папа не стукач. Я должен был им сказать, что ты не стукач. Так что я хорошо сделал. Я не дрался, пап, но не позволил ему просто так уйти.
Сэм вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
***
Он лёг в постель рядом с Сарой, та повернулась, прижалась к нему и сказала:
- Ты победил.
- Спасибо.
- Не меня благодари. Завтра папа заедет и заберёт нас с Тоби.
- Он это переживёт, - сказал Сэм и поцеловал жену, ощущая шелковистость её нижнего белья.
Сара поцеловала его в ответ, прижалась губами к его уху и страстно прошептала:
- Прости меня, Сэм, ладно?
- За что? - так же шёпотом переспросил он.
Из-за беспокойного сына оба говорили тихо по привычке.
- За то, какая я. Разочарование... строптивость... ой, просто прости меня.
Сэм вновь её поцеловал, крепче, она застонала и зашевелилась под ним.
- Прощена, Сара, навеки прощена. Хоть я и не согласен с тем, что ты только что сказала.
- Шшш. - Сара положила ладонь ему на живот. - Давай, хоть ненадолго прекратим болтать. Вот тебе давно обещанный отложенный концерт, здоровяк.
Во тьме Сэм застонал от прикосновений своей чирлидерши.
- Не такой уж и здоровый.
Её рука опустилась ещё ниже.
- Погоди немного.
Глава двадцать восьмая
Утром за завтраком сердце Сэма едва не разорвалось на части при виде двух чемоданов - одного побольше, другого поменьше - стоявших у двери, и прижавшихся друг к другу, словно перепуганные дети. Всё это неправильно, всё это ужасно, но Сэм понимал, что так будет правильно.
Сара приготовила для всех отличный завтрак - блинчики с беконом. Тоби без конца интересовался, тёплая ли вода там, где дедушкин загородный дом, и сможет ли он там поплавать, если мама будет за ним присматривать?
- Если мама разрешит, то можно, - сказал на это Сэм.
Когда тарелки были убраны, он поднялся, встал у неё за спиной, положил руки на её бёдра и поцеловал.
- Оставь. Сам потом уберу, - сказал он.
- Нетушки. Хоть чем-то займусь. Хорошо? - Её голос слегка подрагивал.
Сэм провёл ладонями по стройным бёдрам, что прошлой ночью доставили ему столько наслаждения. Он поднёс губы к её уху и произнёс:
- Что ты прошлой ночью имела в виду под прощением? Откуда это взялось?
Внезапно всё её тело напряглось, словно она услышала какое-то непотребство. Она резко стряхнула его ладони.
- Может, не будем прямо сейчас это обсуждать? Папа скоро приедет, а мне ещё надо домыть тарелки.
