Ответом мне стало бессвязное бурчание. Впрочем, своего я добился и смог ее разбудить. И пока она медленно приходила в себя, я окинул взглядом окружение. Наша повозка ехала по дороге, которая проходила сквозь лес. Сам лес уже не был густым, что указывало на то, что скоро мы из него выберемся.
— Проклятое детское тело, — раздалось рядом со мной тихое ворчание.
Я коротко усмехнулся и взглянул на девчонку, которая сейчас отчаянно терла лицо, пытаясь согнать сон.
— Я предлагал тебе решить эту проблему, — пожав плечами, так же тихо сказал я. — Но ты отказалась.
— Отказалась, — недовольно произнесла Лия, — но какая женщина в здравом уме откажется от второй молодости.
— В таком случае не жалуйся. Расслабься и получай удовольствие. Мы и так из-за твоего желания посмотреть на мир не пользуемся порталами.
В ответ я получил лишь недовольное ворчание.
К этому моменту мы наконец-то покинули лес и доехали до развилки. Еще на подъезде к этому месту, только увидев предстоящее зрелище, я нахмурился.
У самой развилки в землю было вкопано с десяток столбов. К вершине каждого прибито колесо от телеги. Над ними кружили вороны, что расклевывали и терзали трупы, привязанные к спицам и обручам колес. Порыв ветра принес тошнотворный запах гнилой плоти.
Слегка поморщившись, я услышал рядом звуки рвотных позывов. Впечатлительная Амелия во всей красе увидела реалии этого мира.
— Изумительная декорация, — произнес я, чуть ли не сплевывая на землю. — И, самое главное, живописная и ароматная. И настолько же бессмысленная. Какой толк ставить их так далеко от города.
— Так вестимо, какой толк, милсдарь, — проговорил возница со знанием дела. — Разбойники это. Бандитские морды проклятущие. Они ж на дорогах да в лесах орудуют. Вот столбы здесь и разместили. Чтобы боялись, вот.
— Чудесно, — проговорил я, продолжая разглядывать трупы.
Что-то неуловимое не позволяло мне просто так проехать мимо. Но разглядеть мертвецов не позволяло воронье, что черным облаком витало вокруг.
В тот же миг я заметил, как среди темного облака ворон появилась еще одна птица. Мой ворон, что был гораздо крупнее сородичей, тут же разогнал стаю, позволив мне рассмотреть трупы внимательнее.
Хоть лица, вместе с глазами, были выклеваны воронами, можно было с уверенностью сказать, что большая часть из мертвецов действительно больше походила на разбойников. Но мое внимание привлекли два трупа. Они были не в пример лучше обмундированы и больше походили на воинов. Но самым важным было то, что на груди у обоих мертвецов висели медальоны в форме головы волка.
— Разбойники, значит, — вкрадчиво произнес я, недобро прищурившись.
— Истинно так, милсдарь, — не меняясь в лице, сказал мужичок, который, казалось, даже не заметил появления огромного ворона и исчезновения стаи птиц. — Проклятущие разбойники.
— Подумать только, — пробормотал я, оценив жестокость, с которой отнеслись к останкам людей. — А Капитул тем временем запрещает заниматься некромантией из уважения к величию смерти и бренности останков. И где они только увидели уважение?
— Что вы сказали, милсдарь?
— Ничего. Поехали дальше.
Телега вновь тронулась. Бросив очередной взгляд на столбы с привязанными к ним трупами, я покачал головой.
— И после этого они будут говорить мне, что я излишне жесток.
Мы поехали дальше, а я продолжил задумчиво смотреть перед собой. Происходило что-то странное.
— Это же… — начала говорить Амелия, вытирая рот после очередного приступа рвоты и бросая острожные взгляды на оставленные позади столбы.
— Бесчеловечно? — продолжил я за нее. — Возможно. Бессмысленная жестокость заложена в людской природе.
— Говоришь так, словно в мире нет добрых людей.
Я бросил на Амелию напряженный взгляд. Девчонка сидела и, нахмурившись, смотрела перед собой, явно пытаясь осмыслить увиденное.
— Есть недостаточно злые, — усмехнувшись, ответил я. — Или те, кто умеет сдерживать свои порывы.
Остаток пути до города мы проделали в молчании. Амелия была слишком шокирована увиденным, а я не спешил ее разговорить.
Вскоре показался город. Он не был большим. Скорее средним, по меркам этого мира. Окруженный стенами, что были утыканы островерхими башнями.
Перед подъемным мостом стояла длинная колонна наездников и телег. У ворот толпились пешие, ожидающие своей очереди на досмотр. Оценив увиденное, я недовольно цыкнул. Перспектива долгого ожидания меня не прельщала.
— Приехали, — наконец-то сказал возница, встав в самый конец очереди из телег, — еще часик-другой, и въедем в город.
— Чудно, — ответил я, вылезая из телеги и кидая вознице пару монет. — Спасибо вам.
— Что вы, милсдарь, — тут же расплылся в улыбке мужичок, пряча монетки. — Не стоило…
Впрочем, я уже его не слушал. Вытащив Лию из повозки, я направился в сторону ворот, накидывая на нас по пути отвод глаз. Вскоре мы спокойно прошли внутрь города, будучи незамеченными стражей.
Амелия с удивлением заметила, что стражник, рядом с которым мы прошли, даже не остановил нас.
