Конечно, из вариантов была еще Амелия, но я откровенно не хотел ее использовать. Ведь если события канона повторятся, она останется одна с маленьким ребенком на руках, и я не уверен, что смогу предотвратить такой исход. Если исключить банальную жалость к такой судьбе, то я, как минимум, не уверен в полезности человека, что по большей части будет озабочен судьбой ребенка.
— Аварис, — позвала меня Амелия, отвлекая от мыслей.
— А? Что? — спросил я, подняв голову и посмотрев на нее.
— А ты можешь нам сыграть? — спросила она и состроила «щенячьи глазки».
— Даже не знаю, — с улыбкой протянул я.
— Боунс, отстань от него, — сказал Руфус с хитрецой в глазах, — Не видишь, он обдумывает план захвата мира и ему не до простых смертных вроде нас.
— Ты сейчас пошутил, Руфус? — спросил я, еле сдерживая смех, — Не знал, что ты умеешь.
Здесь уже все не выдержали, и купе наполнилось смехом от столь незатейливой шутки.
— Ну я серьезно, — протянула Амелия, надув губы. — Ну сыграй, пожалуйста.
Она замолчала и уставилась на меня, будто ожидая, когда я поддамся ее мольбам.
— Хорошо, — капитулировал я.
— Ты быстро сдался, — произнес Мур, — Я думал, ты продержишься дольше. Хотел уже сам начать просить.
— Тебе то зачем? — недоумевал я.
— Простая ностальгия. Раньше, когда я был маленьким, нам с мамой играл мой отец. Пока он был жив.
На купе опустилась гнетущая атмосфера. Амелия не выдержала и обняла Джона.
— Да все в порядке, — успокоил нас друг, — Это было давно. Я уже давно пережил потерю.
— Как это произошло? — осмелился спросить я, сам не зная, зачем лезу человеку в душу.
— Улицы Бирмингема, откуда я родом, отнюдь не самое безопасное место, — ответил он, — Особенно в позднее время.
Хоть и не было никакой конкретики, но этого более чем достаточно, чтобы сложилась картинка произошедшего.
— Так, ладно, — решил я перевести тему, — Мы отклонились от плана. Я сыграю, но многого не ожидайте.
В голову пришла одна песня, подходящая под ситуацию. Вспоминая слова и аккорды, я начал играть:
(Lumen — Домой*)
(*все права на песню принадлежат группе Lumen)
Слова песни вызвали удивление на лицах друзей. Непонятна причина удивления: либо из-за самих слов, либо из-за того, что помимо игры на гитаре я решил спеть. Во всяком случае, я перестал обращать внимание на окружение и полностью отдался музыке.
Музыка продолжала литься в пространство. Не знаю, почему именно эта песня показалась мне наиболее подходящей, но пришлось на ходу менять текст под реалии магического мира.
Закончив песню, я наконец-то обратил внимание на окружение. Друзья сидели с задумчивыми лицами, явно под впечатлением. Только Амелия смотрела на меня с некоторым благоговением. На спине даже выступил холодный пот от такого внимания.
— Тебя опять сделали, Поттер. — внезапно раздался знакомый голос со стороны двери.
Переведя взгляд в направлении, откуда донесся голос, увидел целую толпу народа. Впереди стояли оба старосты факультета и Джеймс с Сириусом. Позади них стояли парни и девушки с разных курсов и кажется, что с разных факультетов.
— Привет, народ, — я поздоровался и махнул рукой, — Не заметил, как вы пришли.
Ответом мне был нестройных хор голосов в качестве приветствия.
— В смысле опять сделал? — возмутился Джеймс, проигнорировав меня.
— Как же, — с милой улыбкой протянула Эванс, — Лучший ученик курса, что говорит о незаурядном уме. Теперь еще выяснилось, что он играет на гитаре и красиво поет. Пока 2-0 в пользу Авариса.
Ей явно доставляло невероятное удовольствие дразнить Джеймса. Пожалуй, надо немного помочь… вот только кому.
— Эванс, — позвал я ее и максимально располагающе улыбнулся, — Ты забыла сказать, что в отличие от некоторых я еще и невероятно красив.
— Беру свои слова обратно, — сказала староста после недолгой паузы, — Самовлюблённость у вас явно семейная черта. Еще неясно, чье эго больше.
— Как это «чье»? — наигранно возмутился я, — Конечно, мое.
— Поттеры, — вздохнула она.
Из толпы послышались смешки.
— Нет предела совершенству, Эванс, — произнес я с улыбкой на лице.
В ответ получил отзеркаленную улыбку, после чего она поспешила удалиться подальше от нашего купе.
