– Дороги просохли, и деньги в казне есть, так что можем и построить, – ответил ему Сергей. – Он в любом случае лишним не будет. А на будущее я думаю часть солдат поселить в новые деревни. Мест для них у нас достаточно. У меня на родине такие деревни были. В них жили казаки. Они не платили налоги, их плата королю была в другом. По его призыву каждая казачья семья отправляла на войну одного конного и уже вооруженного воина. А для того, чтобы не забыть, с какой стороны у меча рукоятка, старшины в деревнях время от времени проводили учения. Да и без войны часть казаков постоянно служила в войске. А от наших крестьян, если бы они не занимались охотой, в войне вообще никакого толку не было бы.
– Вы почаще вспоминайте, милорд, что у вас еще дома было, – сказал Фар. – Глядишь, справимся с Сатхемом малой кровью. В поход опять сами собираетесь идти?
– Вас, Фар, с частью гвардии возьму, – ответил Сергей. – А граф пусть занимается армией. Не горюйте, Ланс, возможность подраться у вас еще будет. Лучше скажите, когда собираетесь забрать Алестаю с сыном? У меня половина дворца стоит пустая, а вы мало того, что без семьи, так еще снимаете комнату в городе! Бросайте-ка все дела, возьмите охрану и езжайте домой. И без семьи не возвращайтесь. У вас там и Эжен управится, на то он и управитель. И всех везите во дворец. Им не так скучно будет, а у меня появится что-то вроде двора. А если вы боитесь за жену, я нашего шевалье прямо сейчас кастрирую на ваших глазах, если он не поклянется всеми богами обходить Лесту стороной.
– Под угрозой такого наказания я готов вообще на время забыть о женщинах! – засмеялся Джордан. – Дня на три.
– Сегодня же съезжу, – пообещал граф. – В армии везде толковые командиры, и все заняты делом, так что большой необходимости в моем присутствии нет. Приеду, тогда выделю командиров для ваших крестьянских отрядов. Человек тридцать, я думаю, хватит. Давайте сначала посмотрим, как у них пойдут дела.
– У вас очень хороший план, милорд, – сказал Джок. – Один раз такое вполне может пройти, потому что этого еще никто никогда не делал. Но после избиения гарнизонов даже дурак поймет, как это было сделано и примет меры. И есть еще одна тонкость, которую вы не предусмотрели – бороды.
– Какие бороды? – удивился Сергей. – О чем вы, барон?
– Купеческие, – пояснил Джок. – Вы же видели наших купцов. Есть среди них хоть один без бороды? В этом сословии просто неприлично оголять лицо, а сатхемцы редко заводят бороды, а в армии бородатых нет вообще. Купцы упрутся.
– Ничего, – сказал Сергей. – Новая борода вырастит, а вот новая голова – вряд ли. Те, кто отказываются помогать мне, тем самым помогают нашим врагам. Головы я им за это, конечно, рубить не буду, но торговлю закрою и конфискую товары. Думаю, достаточно будет одной показательной порки. Большинство из них умные люди, и все прекрасно поймут.
– Когда думаете выступать? – спросил Фар у Сергея.
– Дня за три, я думаю, все подготовим и выйдем, – ответил тот. – Дороги уже сухие, а в Рошти наверняка идет драка, так что если дела пойдут не так, как я задумал, вмешаться быстро у Мехала не получится, и мы сможем уйти.
Разговор герцога с купцами начался приглашением главы местного отделения торгового дома Сордов. Выслушав герцога, он ответил:
– Мы уже два раза давали деньги вашей светлости: на борьбу с графом Мартиным и на победу в этой войне. Мы их не можем давать бесконечно. Прибыли нет, а использовать для таких целей деньги вкладчиков запрещено главой дома.
– Я все это прекрасно понимаю, – согласился Сергей. – Но на этот раз деньги нужны не мне, то, что я хочу сделать, нужно в первую очередь вам. Я не могу бросить против разбойников армию. И не только потому, что она мне нужна для другого, это просто бесполезно. Вы мне можете не помогать, только тогда вам придется с каждым обозом отправлять сильную вооруженную охрану. И не факт, что она вам поможет, если нарветесь на большую ватагу, где будет много лучников. Я в любом случае займусь разбойниками, но будет это не сейчас и займет время. Подумайте хорошенько и поговорите с другими. Это в ваших интересах, а речь идет не о таких уж и больших деньгах.
Купцы дураками не были, и на следующий день необходимые деньги привезли во дворец герцога. А вот с бородами пришлось бороться больше. Первый же вызванный купец, который уже больше двадцати лет торговал с Сатхемом, отказался наотрез.
– Что хотите делайте, ваша светлость, а бороду я брить не дам! – неприязненно посматривая на герцога, сказал он. – Помочь не отказываюсь, но с бородой!
