Двумя часами позже карета барона Бенхама, окруженная вооруженным эскортом похитителей, ехала прочь от столицы. Смеркалось, вдоль дороги по обеим сторонам темнел лес.
– Останови, – приказал Салан своему человеку, исполняющему обязанности кучера. – Пора избавится от балласта.
Он спешился и открыл дверцу кареты, в которой сидели связанные пленники. Один жест и оба охранника и кучер оказались на дороге.
– Развяжите им руки, – приказал Салан и, не дожидаясь выполнения своего приказа, продолжил. – Вас мы отпускаем. Можете вернуться в особняк барона, но не советую: ничего хорошего после произошедшего вас там не ждет. Возьмите по одному золотому, а в узле ваше оружие. До столицы недалеко, как-нибудь доберетесь. И держитесь вместе: здесь много волков.
Не обращая больше внимания на отпущенных, он забрался в карету, где оставался барон.
– Ну что, будем говорить? – спросил он пленника, освобождая ему рот.
– Кто вы такие? – выплюнув остатки грязной тряпки, выполнявшей роль кляпа, хрипло спросил барон. – И что вам от меня нужно? Деньги? Я согласен на выкуп.
– Кто дал заказ на похищение невесты герцога Аликсана? Все исполнители схвачены, так что врать не советую. Молчать – тоже. И заказ, и деньги – все шло через вас. Сомневаюсь, что исполнители под пытками назвали ваше имя только из-за личной к вам неприязни. Отвечайте, если не хотите, чтобы вас связанного и голого подвесили за ноги к нижним веткам ближайшей сосны. Здесь много волков, и все еще по-зимнему голодны.
Словно в подтверждение его слов вдали завыл волк.
– Вы не посмеете! – с ужасом глядя на Салана, произнес Бенхам. – Вас всех найдут и четвертуют.
– Нас еще надо найти. И потом, какая вам разница, что там будет, если для вас все закончится здесь и сейчас? И не надо испытывать мое терпение. Или вы предпочитаете волков?
– Я все вам расскажу. Задание дал граф Анжи Продер, он же и оплачивал работу.
– Где он сейчас, в армии короля?
– Нет, он остался у себя. Собирает солдат для армии. С пополнением уже должен двинуться в Рошти. Я вам все сказал и готов за свою жизнь заплатить. Много денег!
Салан вышел из кареты и махнул рукой. Его люди быстро вытащили из кареты воющего от ужаса барона. Удар кинжалом, и крик оборвался.
– Срежьте у него с пояса кошелек, – приказал Салан. – Вряд ли кто поверит в версию ограбления, но оставлять покойнику золото – лишнее, а нам оно пригодится. Оттащите его шагов на двадцать с дороги. К утру никаких следов, кроме обрывков камзола, не останется.
– Куда дальше, Салан? – спросил у старшего один из подручных.
– Возвращаемся. Мы свою работу выполнили, а судьбу графа пусть решает герцог.
– Сворачиваем операцию и уходим! – сказал Сергей. – И не нужно на меня так смотреть, Фар! Ты же видишь, что творится!
А творилось то, на что он не рассчитывал, но вполне мог предвидеть. После того, как они захватили пять городов, попутно уничтожив три кавалерийских отряда сатхемцев, население захваченных городов, которое составляло меньше трети от довоенного, боясь мести короля Мехала, начало разбегаться. Причем большинство бежало в его провинцию и лишь немногие пробирались в другие города Парнады или пытались добраться до Рошти. Все началось тогда, когда по приказу Сергея сформировали первый караван для отправки домой с захваченной добычей и теми из жителей, кого он счел полезными для армии. Добычи оказалось неожиданно много, людей – тоже. В одном из городов сатхемцы устроили огромный склад продовольствия, которое свозили сюда со всей округи. Примерно раз в декаду в город приезжал большой обоз, и часть провизии отправляли в войска. Гарнизон здесь оказался в три раза больше, чем в других городах, так что при его уничтожении пришлось напрячься. Тогда в первый раз понесли потери, хоть и небольшие. Оставлять это богатство врагу было нельзя, сжечь – не поднималась рука. Сергей разослал солдат по окрестным деревням, дав им запасных лошадей, с приказом покупать у крестьян возы. Уходя, сатхемцы угнали из деревень большинство лошадей, так что возов на продажу нашлось предостаточно. В них запрягали захваченных у врага кавалерийских лошадей и грузили продовольствие, оружие и вещи тех, кого увозили с собой. Стоило уйти первому каравану, как многие из жителей стали спешно собирать самое ценное и бежать вслед за отъезжающими, бросая дома и остальной скарб. Сначала Сергей приказал гнать посторонних, но, посмотрев на заплаканных женщин и бегущих за ними детей, не выдержал и дал им разрешение ехать с обозами. Их мужья, забросив часть вещей на возы, шли пешком.
– Смотри, сколько их собралось возле обоза! – продолжил он, показав рукой на городскую площадь. – Мало того, что вместе с кузнецами и прочими мастеровыми мы набрали больше тысячи воинов, да еще столько же их родни, так теперь приволочем с собой в три раза больше беженцев. А сколько их придет самостоятельно? Севорж уже, наверное, построил шестой лагерь, но это для бойцов, а куда девать остальных?
– Да построить небольшой городок возле лагерей, – сказал Фар. – Все равно семьи солдат и офицеров в лагерях жить не будут, не дело это.
