Выскочившие из-за спины барона Лишнея двое молодых людей со всей возможной быстротой выполнили приказ. Золото было собрано, все вещи сняты с лошадей, а самих лошадей подхватил под уздцы конюх и повел в денник.
– Надеюсь, что о наших гостях позаботятся должным образом, – сказал барон Дорну. – Узнайте у Расмуса, что им нужно и обеспечьте. Вы идете, Джолин?
– Сейчас подойду, только переоденусь и сменю обувь, эта промокла.
– Не стоит. Я вас надолго не задержу.
Они из-под навеса заскочили во дворец и через несколько минут уже зашли в рабочую комнату Джока.
– Садитесь, Джолин, – сказал Джок. – Как говорит наш герцог, в ногах правды нет. Понравилась девушка?
– А причем здесь это, барон? – занервничал Джолин. – Ну славная, но вы же видели, что я…
– Послушайте, Джолин, вы жить хотите?
– Вы это чего? – испугался Джолин. – Глупые у вас шутки.
– Я имел в виду здесь, во дворце герцога, – пояснил Джок. – То, что вас сюда прислала принцесса для меня ровным счетом ничего не значит. Для герцога, кстати, тоже.
– Так и я…
– Вы давно стали так оценивать людей, по малейшему поводу переводя их в разряд балласта? С чего это вы так набросился на эту девочку, которая, по моему мнению, гораздо лучше вас? Присваиваешь себе право судить людей, которые по положению не ниже вас, не затрудняя себя вникнуть в суть дела?
– А вы, значит, вникли?
– Вник, – согласно кивнул Джок. – Меня этот бывший барон заинтересовал еще тогда, когда я просматривал списки дворян на безусловное лишение имений. Барон – старый солдат, прослуживший прежнему королю больше двадцати лет. Он и свое баронство заработал верностью и преданностью. Отец Андре имениями не разбрасывался, и такое награждение говорит о многом. Он и этот мятеж Мартина категорически не одобрял и своего мнения от соседей не скрывал.
– Но имения все равно лишился?
– Лишился, – согласился Джок. – И будь моя воля, я бы ему баронство вернул. Сына он пытался удержать, но не смог, Мартину помощи не оказывал ни деньгами, ни солдатами. Единственное его вина в том, что у старика не хватило духа отречься от собственного сына.
– Ну хорошо. А обвинения графа?
– А вот тут самое интересное. Старый солдат теряет баронство и с единственной дочерью оказывается выброшенным на улицу. К счастью, у него были драгоценности покойной жены, причем на приличную сумму.
– А это вы откуда знаете?
– Работа у меня такая – все знать, – прищурился Джок и, видя что собеседник обиделся, снизошел до объяснения. – В городе, где Буше продавал свои камни, случайно оказался один из наших лейтенантов, причем они остановились на одном постоялом дворе. Буше где-то прокололся, и ночью к нему наведались гости на предмет поделиться. Старый вояка, видимо, что-то почувствовал или от природы такой недоверчивый, но к их приходу он подготовился, как мог. Одним словом, стража забрала из их комнаты девять бездыханных тел, а наш лейтенант умудрился поймать одного из нападавших живым. Что самое интересное, сам Буше завалил только троих, а шестерых успокоила его дочка четырнадцати лет. Она прекрасно стреляет из лука и мечет ножи. Не правда ли славная девушка? Когда она сегодня на ваши слова схватилась за кинжал, я уже начал сочинять текст письма для принцессы со своими соболезнованиями. Однако, идем дальше. На следующий день наш лейтенант знакомится и с дочерью, и с отцом. Они (особенно девушка) произвели на него впечатление, и парень постарался выведать об этой семье все, что смог. А по приезде встретился с герцогом и все ему выложил как на духу. Герцог заинтересовался и передал это дело мне. А теперь скажите, станет такой человек избивать и грабить в придорожном трактире компанию великовозрастных балбесов? Да еще при этом вступать в бой с солдатами и убивать? А эта девушка, Альда, по-вашему очень похожа на преступницу?
– Выходит, граф лжет?
