- Что же это вы, Альбер, не занялись семейным делом? Ладно, можете не отвечать. Я новый высший судья владений семьи герцогов Аликсан, и мне нужно ознакомиться с вашими делами. И не с теми, которые велись десять лет назад, а, скажем, за текущий год.
- Садитесь за этот стол, миледи! - засуетился Альбер. - Здесь вам будет светлей, и стул помягче. Сейчас я вам дам все книги, а если будут какие неясности, всегда готов оказать помощь!
За судейскими книгами она просидела три дня. Уже в тот же день прибежали оба судьи, видимо, вызванные Вилемом, но она их выгнала, а потом и сама ушла, забрав обе принесенные Альбером книги с собой.
- Я их почитаю дома, - сказала она делопроизводителю. - Несколько дней обойдетесь без этих книг, потом вам их доставят.
Это чтение оказалось интереснее простого чтения законов, но чем дольше она читала, тем мрачнее становилась.
- Что это с тобой? - спросил Сергей. - Не заболела? За столько дней ни одной улыбки.
- Хорошо, что ты мне поручил заниматься судами! - ответила она. - Если так судят в столице, то что можно сказать о других городах! Каждые два дела из трех, это подтасовки и такое вольное обращение с законом, что оторопь берет! Я просмотрела больше полусотни дел, и все они выиграны городской верхушкой и купцами. Из простых людей тяжбу не выиграл ни один, хотя даже мне ясно, что в большинстве случаев никакой вины за ними не было. У кого-то обесчестили жену, у кого-то отобрали дом, а у многих ниоткуда появляются долги. Когда начинают судиться с дворянами, это не суды, а тихий ужас. А закон, дающий право любому благородному убить простолюдина и отделаться штрафом, нужно вообще отменить. Вот смотри, за случайное убийство штраф в сто золотых, за намеренное убийство без оснований - двести золотых, а за убийство из-за нанесенного оскорбления - вообще только двадцать! Любому достаточно сказать, что его оскорбили, и суд признает только его слова. К чему тогда все остальное? Убил, сказал, что оскорбили, и заплатил какие-то двадцать кружочков золота! И это цена жизни человека? Потому все так боятся связываться с дворянами, в том числе и судьи! Почти все законы, придуманные герцогами, нужно отменять, я только два полезных нашла. Менять законы королевства мы не вправе, но вправе вносить в них для своих провинций такие дополнения, которые полностью подменят собой основной закон. Но с законом об убийстве простолюдина благородным дополнениями не обойдешься. Тебе надо будет о нем говорить с королем.
- Тяжелый будет разговор, - вздохнул муж. - Дворянство - наша опора, а даже те, кто никогда без причины не поднимут руки на простолюдинов, будут недовольны урезанием своих прав. Но ты права: законы менять нужно, особенно в части оскорбления чести. Для большинства заплатить сто, а тем более двести, золотых весьма накладно, а вот двадцать уже запросто. Давай ты составишь свой вариант, а потом мы его рассмотрим вместе перед тем, как я обращусь к королю.
Зима заканчивалась. Разошлись уже порядком надоевшие тучи, и все чаще днем стояла ясная, солнечная погода. Потеплело, и задули обычные для этого времени ветра, быстро высушивая грязь на дорогах. Еще декада-другая и по трактам королевства потянутся первые в этом году купеческие обозы.
Сегодня с утра тоже было солнечно, тепло и ветрено. К обеду из замка приехали профессор Дальнер и инженер Марис Кальва.
- Сначала пообедаете или поговорим, а обедать будем после? - спросил их Сергей. - Спрашиваю потому, что вас, профессор, с дороги обычно тошнит.
- Эта поездка не стала исключением, - ответил Дальнер. - И ваши амортизаторы не слишком помогают. Все равно качает, только толчки не такие резкие. Так что я за то, чтобы немного отложить обед.
- Ну, а я вообще не сильно проголодался, - сказал инженер. - Так что решайте сами, милорд.
- Пойдемте тогда в мою гостиную и, пока все обедают, решим все вопросы. Обед для нас, я думаю, оставят.
Они поднялись на второй этаж и прошли в герцогские покои.
- Садитесь, господа, и хвастайтесь, - сказал Сергей. - Начнем с вас, профессор.
- Мне есть чем похвастаться! - засмеялся Дальнер. - Фактически все, что мы с вами намечали, уже выполнено. Селитра поступает из двух мест, производство азотной и серной кислот позволяет изготовить нужное количество нитроглицерина, а сейчас еще в довольно больших количествах начали делать пироксилин.
- Что применяете в качестве целлюлозы?
- Можно много чего применить, милорд. Мы в последнее время используем высушенный и измельченный лен. Жидкий нитроглицерин перегоняем в динамит. Особо экспериментировать не пришлось: все получилось с первого раза.
- Стрелять им из баллисты не пробовали?
