— Там посмотрим! — буркнул герцог.
— У меня есть мысль, как нам уменьшить плату за эти дороги, — сказал граф. — Кто ими будет в основном пользоваться, кроме слуг короля?
— Ну уж не я!
— Вы тоже будете, но время от времени, а вот купцы — постоянно!
— Станут они платить, если дорога и так строится на наши деньги, — недоверчиво сказал герцог. — Из них вытянуть золото…
— А это как подойти. Если заявить, что дорогу строим для нужд короля, а им с их обозами её портить не позволим, сразу всполошатся! Тем более те, кто возит с гор железо. Да и других будет много, дорога-то идёт через всё Дюже, а потом в столицу Сандора. А если купеческая гильдия оплатит честь затрат, то, так уж и быть, пусть пользуются.
— К наместнику не побегут?
— Вряд ли. А побегут, скажем, что хотели привлечь дополнительные средства для ускорения строительства. И потом, если они заплатят, это будет справедливо.
— Попробуйте, граф! Если получится, вам многие будут благодарны.
— Не думаете послать своего старшего на королевскую службу?
— Это Аликсану-то? Нет!
— Зря вы так. Сейчас не только бунтовать, даже выказывать своё недовольство не стоит. Он подгрёб под себя три королевства, а скоро заключит союз с теми, кто за проливом. Ещё ни один король не был так силён. И поверьте мне, это надолго. Фактически и Барни у него.
— Это как?
— Зря вы не интересуетесь новостями, иначе знали бы. Камил воспитанник Аликсана и женат на его сестре. И правит он по указке нашего короля. Недавно разогнал почти весь двор и две трети министров, а канцлер у него ходит по струнке!
— И это терпят?
— А куда деваться? Аликсан прислал в Дюже своего генерала, а в придачу две тысячи солдат. Всё сделано для того, чтобы помочь королю Барни создать наёмную армию. Только для этого столько солдат не нужно, а налоговую реформу вроде нашей король объявил через два дня после прихода войск. Конечно, две тысячи солдат, даже таких как у Аликсана, это немного, и дворянство Барни могло бы собрать гораздо больше. Но попробуй их тронь! Все знают, что за своих солдат или за сестру и её мужа Аликсан вырежет всех бунтовщиков. Да он и по договору это обязан сделать. А сестричка у него ещё та стерва! Сама до стола не достаёт, а уличила в кражах казначея. Муж был в поездке, так она его сама приговорила и приказала казнить!
— Действительно стерва. И много украл казначей?
— Говорят, полмиллиона.
— Я бы за такое тоже казнил. Когда крадёшь, нужно знать меру.
— Я своего сына отправил в Ордаг. Послужит королю, продвинется и обрастёт связями. Ещё и мне потом поможет. Алексан тех, кто доказывают полезность, своим вниманием не оставляет. Многие получили и имения, и титулы, да и казны у него немерено.
— Сын ещё не писал?
— Прислал письмо вместе со слугой. Пока живёт в лагерях и учится в офицерской школе. Как закончит, дадут свой дом и хороший оклад. Я ему, конечно, мог всё это дать сам, но ведь это только начало. Да и неплохо, по-моему, когда дети пробиваются сами. После моей смерти графство будет в надёжных руках. А здесь бы он только пьянствовал с приятелями, дрался на дуэлях и задирал бабам юбки. И что хорошего?
— Пожалуй, граф, я своего тоже пошлю, а может быть, и обоих. Вы правы, сейчас вся власть там, так что польза может быть.
— Ваше величество! — сказал вошедший в кабинет Альбер. — Охрана тракта передала, что приехал посланник Империи. С ним две персоны, которые явно не имеют отношения к охране, и две дамы. Приехали в каретах под охраной двух десятков верховых.
— Это хорошо, что они приехали, — кивнул Сергей. — Плохо, что пока нет никого из союза. Ладно, ещё только начало лета, можно и подождать.
— Ваше величество, к вам барон Салан.
— Пусть войдёт.
— Приветствую, мой король! — наклонил голову вошедший Салан.
— Что это ещё за приветствие? — спросил Сергей. — Сам придумал?
— Вычитал из книг, — улыбнулся главный особист. — Так триста лет назад обращались к нашим королям. Вам не нравится, когда вас называют величеством…
— Пусть лучше называют, я уже как-то понемногу стал привыкать. Говори, что случилось. Ты ведь ко мне просто так не заходишь.
