– Было очень сложно. Перед уходом Рима говорила, что я еще не готов. Что я не соединил голову, сердце и душу в единое. Пустыня этого не прощает. И мне действительно было очень сложно первое время. Счет дней потерялся. Чем дальше вглубь пустыни, тем глубже внутрь себя. Мое мировозрение ломалось под натиском таинственной магии. Шаблоны трескались, жизнь переосмысливалась. Картины пережитого летели в голову, боль и страдания ухудшались. Было невыносимо тяжело под палящим солнцем, крыша ехала. Ломало не по-детски, но я справился. Я очистился. Пустыня очистила меня так же, как сейчас тебя очищает магия ведьграха. Я переродился заново. Последующие дни скитаний по песчанным дюнам дались мне легче, в один из дней маги открыли мне проход в кордон. Тут я остался еще на год. Помогал им, они помогали мне. Вместе росли и постигали законы вселенной. Я благодарен за этот путь. Мудрость старейшины навсегда закрепилась в моем сердце.
– Скажи, – Альдери перекатывается на колени и подползает, усаживаясь близко напротив друга, чтобы видеть его лицо. – Что ты чувствуешь ко мне сейчас? Это еще делает тебе больно? Скажи только честно, пожалуйста.
– Альдери, больной любви к тебе у меня нет. Я переосмыслил само чувство любовь. Пустыня открыла мне другие грани. Раньше любовь я принимал как безудержное желание обладать. Мне нужно было всецело обладать тобой. Чтобы ты принадлежала только мне. Чтобы твоя картина мира полностью совпадала с моей. И я наивно думал, что буду счастлив от этого. Но это не есть любовь. Обладать и любить – это два разных чувства, стоящих на разных плоскостях. Больная любовь к тебе сделала меня сильным, я благодарен ей за это. И я люблю тебя. Но теперь я люблю тебя свободной любовью.
Раймонд подцепляет длинный локон девушки, накручивая его на палец:
– Ты принадлежала другому мужчине, и это не сделало мне больно. Моя любовь ничем не обязывает – ни меня, ни окружающих. Я только хочу, чтобы ты была счастлива и в безопастности.
Альдери придвинулась еще ближе и крепко обняла своего друга, утопая в ответном нежном кольце. Прижала к себе, желая извиниться за все его страдания. Очень хотела вымолить прощение:
– Прости меня. Я очень люблю тебя. И нуждаюсь в тебе как в друге, в близком человеке. И ты даже не представляешь как я дорожу тобой. Я была глуха к тебе, прости меня за то, что сделала больно. Чтобы ты не говорил про мою невиновность, я виновата и прошу простить меня, – Альдери отрывается от друга и заглядывает в глаза. По её щекам струятся тонкие дорожки слез, она ловко стирает их ладонью. – Я всегда рядом и буду помогать, ты главное попроси. Я смогу вылечить любую хворь, когда освою свою магию. Так говорит учитель. Я смогу вылечить даже больную любовь. Ты просто расскажи обо всем и я всегда помогу. Хорошо?
– Хорошо, – Губы Раймонда преломила легкая улыбка, он потрепал шикарные кудряшки красавицы. – Лечить меня будешь только от физических ран. Душевные муки мне нестрашны, я умею их освобождать вовремя. Я научился жить в гармонии с миром.
Альдери звонко поцеловала друга в щеку и за руку потащила подняться. С легкостью на сердце она отправлялась спать в эту ночь. Мысль о наличии истинного друга в жизни теплилась в возродившемся сердце. Она не могла его обидеть. И не могла его потерять.
С первыми лучами солнца в пустыню пришел ураганный ветер. Раймонд был разбужен молодым магом с небесными глазами, которые так понравились Альдери в первый день её пробуждения.
– Поднимайся, – сказал белобрысый мальчуган. – Тебя старейшина ждет. Это срочно.
Раймонд немного потупился, привыкая к свету, и резко сел, как только слова достигли сонного мозга. Натянул на себя спортивные брюки и выскользнул из ночлежки.
Холодное утро. Запах озона просачивается в легкие. За прозрачной защитной стеной кордона видно, как разгулялся ветер. Поднимаемые волны песка золотились под лучами рассветного солнца. Красиво и губительно. В этом вся пустыня.
– Что случилось? – Спрашивает волк, завидев напряженный стан старейшины. Он стоит спиной к Раймонду, устремив взгляд в пламя магического плато.
– Пока ничего страшного, – Спокойно отвечает маг и разворачивается лицом к парню. – Но может случиться, если не принять меры.
Волк выжидательно смотрит на старца. Тот подходит ближе и заглядывает глубоко в глаза в излюбленной манере, прям в душу.
– Нам придется соврать, – Отчетливо произносит маг, взглядом пробивая как острое стекло. – Я учу о том, что ложь – это искажение реальности, которое влечет серьезные последствия для лгущего. Лгущий вредит не только себе, но и неокрепшим душам, что могут сбиться с пути от его лжи. К сожалению, в этот час мне придется отступиться от своих принципов и внести искажения в реальность. Нам придется ограничить свободу выбора другого существа.
