Альдери отрывает взгляд от своих вытянутых ног и врезается в глаза говорящей. По ходу движения глаз замечает напротив силуэты ненависных ей людей, волна раздражения бесконтрольно прокатывается по ней. Она передергивает плечами, пытаясь отогнать мерзкое ощущение.
Что за дебильная насмешка судьбы? Почему их посадили напротив именно её семьи? Участники хотят крови или тренируют её самообладание?
— Вольгран, я думаю, не стоит больше скрывать эту тайну. Она в любом случае ни на что не повлияет, а остальным придется пояснить феномен, — Продолжает женщина, мягко лаская взглядом Альдери. — В возрасте десяти лет Альдери потеряла свою волчью сторону. С тех пор зверь приходит только под гнетом полной луны.
— Кайла, — Прерывает её надоевший всем мужик. Его нетерпеливость теребит нервы присутствующим. Альдери может только догадываться как он вёл себя до её появления. Она пронзается вспышкой озарения, что этот мудак может быть отцом Зака, которого она здесь не обнаруживает, оглядев зал.
— Что значит потеряла волчью сторону? — Продолжает он. — Если волк умирает, то физическое тело отходит вместе с ним! И как волк может вылазить только по праздникам? Что за бред?
Рамир впервые чувствует себя желающим настучать по башке альфе соседствующей ареи. Он видел его всего пару раз, но такой несдержанности за ним не замечал. В его возрасте пора обзавестись терпением и выдержкой. Но об этом он предпочитает умолчать. Напряженность этой встречи может перетечь во что-то неконтролируемое. Не лучшее время для клановых разборок.
Он возвращает свой взгляд на кудрявую молчаливую девушку, которая безразлично странствует взором прекрасных очей по залу. Об остроте её чувств говорят только крепко переплетенные руки, сложенные на груди. Вена пульсирует на её светлой нежной коже. Душа тянется к стройному силуэту и Рамир не может разгадать причин этих порывов. Дело точно не в красоте, ею сыт не будешь. За свои тридцать два года он в этом убедился не раз.
— В свое время мы искали причины её недуга, но разгадать не смогли, — Кайла терпеливо продолжает. — В этот раз, в связи с поискам информации о Ведьграхах, магическими кланами были подняты все старинные записи предков. И мы нашли похожий уникальный случай.
— Это произошло почти сто двадцать лет назад. Прадед клана Сараита писал, что маленькая девочка потеряла своего единственного брата. Он упал со скалы на её глазах. Пережитые эмоции ужаса блокировали связь с её волчьей ипостасью, создался сильный психический блок. По крайней мере так полагали маги в то время. Девочка стала закрытой и не подпускала никого к себе, держалась на расстоянии. Маги полтора года наблюдали за ней, волк появлялся только в полнолуние либо под гнетом сильного страха. О последнем они поняли, когда девочка прибежала домой в шкуре волка, спасаясь от охотников. Стрельба напугала её.
Кайла прервалась, недолго думая над чем-то. Все присутствующие жадно внимали её словам. Рамир задумчиво блуждал по лицу девушки напротив. Боль незаметно кольнула его сильное сердце.
— В то время ими было принято решение провести пространственно-временной ритуал, — женщина продолжает, гримаса муки появляется на её лице. — В этом ритуале девочку магией собирались поместить в прошлые пережитые моменты, чтобы соединить две ипостаси вместе и разбить блок. Девочке пришлось бы пережить события заново под контролем магов. Но им не удалось этого сделать. Спустя полтора года после смерти брата она ушла за ним, бросившись с того же обрыва… Она забрала у них шанс вылечить её, даже не попытавшись.
Кайла поднимает тяжелый взгляд на Альдери:
— Я думаю, твоя ситуация аналогична. Ты пережила парализующий стресс при виде убийства матери. Ужас заблокировал твою связь с волком… и с чувствами. Возможно, если бы ты была старше, эмоциональный фон не пошатнулся бы столь сильно. — Взгляд женщины с пониманием проникает в напряженную девушку. Искреннее желание помочь читается в нем. — Мы можем провести для тебя этот ритуал, если захочешь.
Альдери отворачивается от неё, легкая усмешка касается губ. Участники собрания молчат будто ждут от неё ответа. Аракел с болью смотрит на облик притихшей девушки, все последствия поступка его семьи отголоском разносятся в голове. Айк понуро смотрит в стол, боясь столкнуться с ней взглядом. Рамир на миг прикрывает глаза, чувствуя необъятную пропасть.
— Волк также приходит при сильных вспышках гнева, — Альдери бросает взгляд на ненависную семью напротив. Аракел с сочувствием принимает вызов, Айк отворачивается, Рамир удерживает прямой взгляд безэмоционально. — Но, думаю, на сегодня достаточно обсуждения моей уникальной персоны. Давайте вернемся к теме собрания…
Последние слова девушки утопают в грохоте входных дверей. Рыжая дама средних лет бесцеремонно врывается в зал, устремляясь в сторону правого крыла. Двое мужчин остаются стоять у дверей, в их взглядах мелькает напряженная растерянность.
