Терпеливо жду, отбиваясь от вопросов Жойс по второй линии (мы с ней собирались наведаться в сауну в подвале прямо сейчас, вдвоём, хотя б на десять минут; раз Камила пока остаётся вместе с нами в номере).
— Нашла! — Раздаётся, наконец, голос преподавателя. — У меня в таблицах ошибка! Откопировались автоматом данные прошлого года, а последний квартал этого вообще без данных.
— Данные есть, — аккуратно напоминаю. — Только с сайта-источника. Но он по-арабски. Не сочтите за наглость, но это у вас нет данных. А у меня они есть. И я, в отличие от вас, очень хорошо знаю, в каком регионе надо создавать точки опоры именно в этом квартале. Почти миллион мигрантов в Заливе ровно в пять раз больше того количества, что пустила к себе Лига.
— Логично. Но любой сложный расчёт должен иметь простую проверочную методику. Давайте сейчас вместе с вами проверим ваши тезисы.
Кажется, её настроение меняется быстрее ветра. Сейчас она просто пышет энтузиазмом.
— Как? — вздыхаю.
Похоже, сауна с Жойс отменяется либо откладывается. Потому что через полчаса у меня следующее занятие.
— Вы можете перевести данные, из каких стран какой процент мигрантов въехал? — она заносит руки над виртуальной клавиатурой. — А я проверю эти цифры по странам, откуда они уезжали. По тем, у которых сайты дублированы на Всеобщем[3], — поправляется она.
— Легко… ЖонгГуо сто семьдесят тысяч. Филиппины сто тысяч…
— Слушай, а зачем ты его вообще отправил на штурмовой полигон?! Бак! Я тебя, конечно, уважаю, — заведующий кафедрой, крупный высокий мужчина, навис над старшим преподавателем и заглянул в его рабочий экран через плечо.
На экране плясали диаграммы и схемы в трёх редакторах. Сам Бак со скоростью пулемёта редактировал методические пояснения к паре упражнений на одном неафишируемом ландшафте.
— Бля, всё ишачишь… Я думал, ты там кино или порнуху смотришь с серьёзным видом, — разочарованно вздохнул полковник.
— Зачем порнуха, если есть… — лучший куратор кафедры не договорил мысль, изловчившись и запихивая на схеме шумоимитатор туда, куда он с трудом влезал по габаритам.
— НА ШТУРМОВОЙ ПОЛИГОН ЗАЧЕМ ПАЦАНА ПОСЛАЛ?! — повысил голос шеф, вырывая своего креативного подчинённого из творческого поиска. — Он же совсем другой специализации? И этот пулемёт ты туда тоже не воткнёшь, там холм ниже и тебе половину сектора режет, — добавил начальник, оценивая создаваемую на экране диспозицию.
— Как раз пулемёт нормально стоит, пять метров от склона, — автоматически парировал Бак. — Мёртвая зона так и задумана. Я даже помню один момент, когда оно в реале так было… м-м-м… куда ж деть две искры воды…
— Мне тебе экран разбить? Чтоб ты на меня внимание обратил? — Абсолютно спокойно и негромко предложил полковник.
— Щас… извини… до точки дорисую… — Бак наконец развернулся и весело потёр руки, как будто в предвкушении. — Во-первых, в жизни бывает разное. И штурмовать тоже бывает нужно такими, к-хм, ресурсами, что не мне тебе рассказывать.
— Да то понятно. Но зачем искусственно нагнетать? — недовольно поморщился шеф. — Или ты решил создать прикладной справочник идиотских исключений из правил?
— Наш вундеркинд заявился на ближайший турнир по прикладной искре. — Сообщил подполковник. — В рамках подготовки к турниру, и для рекламы, он у меня сейчас вообще все первые семь участков обойдёт.
— Зачем? — непонимающе свёл брови заведующий кафедрой. — Что оно даёт?
— Смеёшься?! — встречно удивился Бак. — Пацан в присутствии трёх и более одарённых слетает с катушек шесть раз из семи. У него банально нет ни коммуникативных навыков в этой среде, ни культуры держать себя в руках. И вначале думать, потом делать. Ну представь. — офицер откинулся на спинку. — Раздевалка или комната доподготовки. Пять-семь клановых, причём из верхушки. На носу, скажем, полуфинал.
— А нашему вундеркинду, допустим, кто-то на ногу наступает. — Хмуро подхватил мысль полковник, тяжело вздыхая.
— Да зачем так сложно? Просто в сердцах козлом назвал. — Сложил брови домиком куратор. — Не зная биографии нашего.
— Это будет эпично! — заржал полковник, впечатлившись представленной картиной и расплёскивая кофе из чашки по полу. — Вот бл… Ай, ладно. Высохнет — само отпадёт… — грустно добавил он, обходя по дуге образовавшуюся лужу и направляясь за свой стол. — А ты, стало быть, решил его чуть прокачать на ниве межличностных коммуникаций?
— Да. И с ним это полностью согласовано. Кста-ати, хорошо, что ты напомнил! Ну-ка, подпиши, пожалуйста, — куратор ткнул в пару клавиш и комм полковника тренькнул входящим сообщением.
— Система штрафов… на период… дисциплина… коммуникационные срывы… ТЫ БЕЛЕНЫ ОБЪЕЛСЯ? — поднял заведующий кафедрой глаза на подчинённого, дочитав до конца. — Что за бред?! — его искреннему изумлению не было предела. — Ты заметил?! Каждый раз, когда я думаю, что дальше уже некуда, ты опять изобретаешь какую-то новую хуйню, которую на уши не натянешь!
