— Обратитесь официально, — запустил пробный шар спец, не сжигая мостов к диалогу. — Мы же люди подневольные. Или вы думаете, что я себе сам обоснование могу выписать? Без команды?
— Вообще-то, я именно так и думаю, — белозубо улыбнулся Мали. — Как зам главного в отряде, ещё и на тумбочке, вполне можешь.
— Особенно если рисков для вас никаких, — поддакнул Кузнечик, которого смешным считали только идиоты. — Отблагодарим по-взрослому, — он серьёзно смотрел на равного по возрасту и званию здоровяка, имевшего совсем иную специализацию.
— А зачем мы вам нужны? Если рисков никаких? — резонно поинтересовался Ник. — Или вы одномоментно два отделения собрались задерживать?
— Нет, одного пацана, — поморщился Наркет.
— Его однажды патруль задерживал. Сказали, больно резкий: только инфрой и справились. — Чуть приврал Мали, поскольку ни с кем из того патруля он не общался.
Просто грамотно поработал с документами в служебной сетке.
— Ещё на судью в суде набросился. Отморозок. — Поёжился Кузнечик. Затем неожиданно признался. — Мне из него сразу информацию давить надо будет. По-горячему. Я, во-первых, не умею.
— Ну да, вы люди интеллигентные, — заржал, расслабляясь, спец.
— Это первый пункт. — Серьёзно продолжил Наркет. — Второй: я не уверен, что у меня получится не оставить следов, если разговор не сложится.
— Не держи меня за идиота, — фыркнул спец. — И не считай других глупее себя.
— К тому же, его может понадобится догнать. Брать надо в здании почтового отделения, где люди. Ну и…
Нимало не смутившись, знакомцы поведали некоторые обстоятельства, которые в сумме говорили: дело несложное, но действительно не их профиль. Несовершеннолетнего резкого пацана самостоятельно ни розыск, ни наркеты могут чисто не задержать.
А если учесть, что колоть на инфу они его потом собирались без законных представителей, наедине…
— …гораздо лучше всем, если его возьмут под руки и тупо перенесут в другое место те, кто это умеет делать изящно и без следов. — Закончил мысль Мали.
— Ну и, мало ли… чему он в Квадрате за два месяца нахватался, — поёжился Кузнечик.
— Вот вы тормоза, — фыркнул Ник.
И озвучил сумму.
Коллеги переглянулись и неуверенно кивнули.
Он вытянул вперёд руку, ладонью вверх:
— Вы же не думаете, что тут кредитное бюро? Мне ребятам сразу что-то дать надо. Те, кто в свободной смене, оттуда сразу по своим делам пойдут.
На самом деле, заместитель начальника спецотряда прекрасно понимал недосказанное. Если действия обычных полицейских не обжаловал в суде только ленивый (особенно при отсутствии правовых оснований для применения силы — как сейчас), то его подразделение находилось вне правового поля муниципалов. Такая вот коллизия. По факту, спецотряд частично был армией. Соответственно, без федерального военного прокурора им и вопросов никто права не имел задавать. Дай бог здоровья энной поправке к процессуальному кодексу и к закону о массовых беспорядках.
— А на когда вам надо? — уже собраннее спросил он, пересчитывая деньги и прикидывая, кого из своих отправить.
— Что за комм? Айди на казённый похож. — Мали, набирая текст в одной специализированной служебной программе, от нечего делать, спросил Кузнечика.
— Ты у меня спрашиваешь? — удивился наркополицейский. — Кто из нас розыск? Да шут его знает. Может, подрезал где незаблокированный после тюряги? Или спёр у кого. У такого, кому он уже без надобности… — Собеседник красноречиво посмотрел на товарища.
— Так если его комм с федерального трупа, то я тебе без надобности, — съехидничал Мали, не отрываясь от дела.
— Ага. И со снятым с трупа коммом, он в лоб на наш вэцэ попёр. — Хмуро пробормотал Кузнечик. — Давай друг другу мозги не варить?!
— Да ладно, пошутил я…
Совместный мозговой штурм с Хаас и Жойс, помимо плана действий, формирует какое-то хрупкое подобие взаимопонимания между ними.
До приязни с обеих сторон далеко, я это чувствую даже без чипа. Но и искры между ними, как раньше, уже не мелькают в воздухе.
На каком-то этапе, мой комм разражается странной трелью. Не глядя, тыкаю кнопку активации голограммы.
На четверть комнаты загорается сообщение: «На ваш запрос… муниципальная полиция… материалы дела… твёрдая копия… почтовый участок федеральной почты номер… получение отправления только лично…».
— На ловца и зверь, — почти не удивляется Жойс, начиная без паузы шнуровать ботинки.
— Видимо, на один из твоих запросов ответили, — кивает с другой стороны Хаас.
— Непонятно только, почему почти среди ночи, — удивляюсь я.
— До ночи ещё, как до Парагвая раком, — Жойс поднимается и призывно смотрит на нас. — Чего встали?! Пойдёмте проветримся! Может, там что-то интересное. Как раз же это и обсуждаем…
Круглосуточное отделение федеральной почты.
Звонит колокольчик над дверью. Внутрь входит невысокий парень средних кондиций. Оглядевшись по сторонам, он направляется к единственной работающей в это время стойке выдачи корреспонденции.
Сидящий за стойкой почтовый служащий, прикрыв глаза, покачивается в кресле, как будто дремлет вполглаза.
