Алекс и я полностью

Алекс мог комбинировать не только звуки, но и целые слова, составляя из них фразы. Например, торт он обозначил фразой yummi bread ‘вкусный хлеб’, – как отмечает Айрин Пепперберг, слово yummy ‘вкусный’ Алекс знал до этого, «но вся фраза была его собственным изобретением». Другой пример подобной комбинации – фраза green wood peg-wood ‘зеленая деревянная прищепка’, сказанная Алексом в ответ на вопрос «Что это?» (таких прищепок он раньше никогда не видел). Такие возможности Алекса позволяют предположить, что, может быть, и в естественной коммуникативной системе серых жако существуют какие-то возможности для описания внешней по отношению к говорящему действительности.

Одним из важных моментов, роднящих коммуникативную систему, освоенную Алексом, с человеческим языком, является наличие синонимов. В принципе, наличие синонимов представляет собой, вероятно, достаточно позднее эволюционное приобретение: дети, осваивающие язык, имплицитно исходят из так называемого Принципа

Контраста – принципа взаимно-однозначного соответствия объекта и его имени. В эксперименте, который провели Гил Дизендрук и Лори Марксон, детям показывали два незнакомых им предмета, про один говорили, что он называется «кив», про другой – что он «хороший». Потом появлялась кукла Перси (про которую детям было точно известно, что она не знакома с экспериментатором и не слышала разговора про «кив») и просила дать ей «зот» (слова в разных сеансах эксперимента детям предлагались разные, но в равной степени бессмысленные). Дети давали кукле тот предмет, названия которого им не сообщали, в полной уверенности, что если кукла говорит по-английски, то она наверняка знает, что кив нельзя назвать зотом. Точно так же исходят из Принципа Контраста и собаки: в экспериментах с бордер-колли по имени Рико, проведенных исследователями из Института Макса Планка (Bloom 2004; Kaminski et al. 2004), если среди множества знакомых объектов имелся один незнакомый и экспериментатор вставлял в текст известных животному команд незнакомое слово, Рико считал, что оно относится именно к этому незнакомому объекту.

Во «взрослых» человеческих языках Принцип Контраста не работает: поскольку люди потенциально способны освоить (если не полностью, то хотя бы частично) несколько языковых систем, они в состоянии запомнить, что один и тот же элемент окружающей действительности может обозначаться несколькими разными словами (хотя нередко всё равно пытаются найти или, если это не удается, придумать разницу между ними). До работы Айрин Пепперберг можно было считать, что это свойство уникально для человека, но теперь можно видеть, что это не обязательно так: один и тот же концепт «желания / просьбы» Алекс мог выражать при помощи вариантов want, I want и wanna. Правда, из изложения нельзя понять, были ли эти выражения свободными вариантами, способными к комбинации с названиями любых желаемых объектов, или же частями жестко фиксированных фраз, когда требование дать одни объекты выражалось только одним способом, а другие – только другим. О способности отойти от Принципа Контраста можно было бы говорить лишь в первом случае.