А было ли? Кто знает. Для России – лучше бы не было. А для самого Александра? Ни жив, ни умер, не отрекался, не предал, не сохранил, не потерял… страшно и подумать о такой перспективе.
Вот чего не хотел заметить Толстой, жизнь положивший на очищение религии от религиозности, на промывку мистического содержания жизни до прозрачности обыденного события. Тем меньше могли разобраться в природе царской власти современники и потомки великого писателя. Авторитет Толстого заменил им глубину личного понимания. Одни умиляются романтичностью предания, другие разоблачают несостоятельность легенды – и никто не посягает на саму романтичность. Между тем она-то и есть единственное, что здесь
В отличие от своих подданных это, кажется, ясно осознал последний русский царь, Николай II, который – как было уже сказано – буквально запретил члену правящей фамилии Николаю Михайловичу доверяться версии об уходе Александра из Таганрога и впредь распространять ее в публике; вполне вероятно даже, что он и был «заказчиком» странноватой книжки Николая Михайловича о сибирском старце.
Решение Николая II, принятое в грозовой промежуток между русской революцией 1905-го и мировой войной 1914 годов, свидетельствует о детальной продуманности всех потенциальных трагических следствий «версии Хромова», с которыми несравнимы даже кровавые дворцовые заговоры XVIII века, совершавшиеся в большинстве своем до принятия павловского закона о престолонаследии. Если Александр действительно бежал в 1825 году из Таганрога, то юридическая, политическая, нравственная система русской монархии, олицетворяемой Домом Романовых, дает трещину именно как целое. Небезупречно легитимными оказываются все последующие престолонаследники, ибо они в принципе могут быть сочтены не более чем местоблюстителями престола – до возвращения прежнего царя. Или – до лишения его царского сана, развенчания. Понятно, к чему это могло привести в предреволюционной ситуации.
Последний из русских царей помогает нам понять то, мимо чего, отправившись вослед русскому писателю, прошли русские историки. Что – скончался ли Александр I в Таганроге или нет – в любом случае александровское царствование завершилось 19 ноября 1825 года, ибо как монарх Александр Павлович несомненно в этот день умер. Физически или метафизически – для понимания той эпохи как события политического и ее исторической оценки не так уж и важно – ибо свет, исходящий от личности Феодора Козьмича, не рассеивает темные стороны александровского правления. И в любом случае босиком по сибирскому снегу в толпе арестантов шел не русский самодержец, а частный человек, ищущий спасения. Носил ли он в своей «прошлой» жизни имя Александра Павловича Романова или не носил, этого мы с «последней» достоверностью не знаем. И вряд ли узнаем когда-нибудь. Что не мешает допускать (или – подобно автору настоящей книги – исключать) такую возможность.
