— Ты заболел? Саша, я тебя не узнаю, почему ты прикалываешься? Хватит, сегодня не первое апреля. — Миша уже начал беспокоиться за меня.
Да мне и самому было больно говорить это. Может, это и правда не Миша. Как перед ним не удобно.
— Миш, прости меня. Я тебя проверял. Понимаешь, в школе, где я учился, есть такая девочка Лена. Я ей нравлюсь, а она мне нет. Вчера, после техникума, я встретил её возле своего подъезда. Она откуда-то узнала, что у меня свидание, и знала с кем, и пыталась его расстроить. Вот я и решил проверить тебя, Олю, Веру, Нику и Анжелу. Прости меня, и за Олю тоже прости.
— Не извиняйся, я бы тоже так поступил. Я тебе помогу в этом деле. Олю я сам проверю в понедельник. Кстати, у меня после завтра днюха, я тебя приглашаю к пятнадцати часам, Олю и Настю я тоже пригласил. Так, как свидание?
— Всё отлично. Мы прогулялись по парку. Больше молчали, чем говорили, но мне было хорошо с ней. Я её ещё пригласил, но мы пойдёт к тебе на день рождения.
Мы прошли всех врачей в военкомате. Оба пригодны к военной службе. Дали отсрочку доучиться, а через три года в весенний призыв — в армию.
После военкомата мы пошли по домам. Миша почему-то был хмурым. Думал о своём, и я не стал лезть ему в душу.
В это время закончилась третья пара, и Настя с Олей шли по домам.
— Настя, ты пойдёшь к Мише на день рождения после завтра? — спросила Оля.
— Не знаю, неудобно как-то. Вы же, наверное, вдвоём хотите побыть? Да и к тому же у меня свидание, а оно мне дороже всего.
— Кстати, Миша сказал, что он пригласил Сашу тоже.
— Да! Тогда я пойду. А в какое время?
— Да, Миша говорит, что пойдём сразу после третьей пары.
Время в воскресенье, как назло, шло медленно. Я и Настя потихоньку готовились к зимней сессии, которая была уже не за горами. За обедом Настя сказала маме:
— Я завтра, после занятий иду к другу на день рождения.
— Хорошо. Ты хорошо себя чувствуешь? А то позавчера ты была сама не своя от счастья. Что произошло?
— Ничего. Просто весело было, вот и всё. — сказала Настя, и подумала, что убедила маму.
— Не хочешь говорить — не говори, я и сама вижу, что ты влюбилась. Я рада, что ты, наконец отошла от того… — Она замолчала, чтобы не напоминать дочери прошлую боль.
Хотя Настя и старалась скрывать её, но мама всё знала: и то, что Настя, уткнувшись в подушку плакала по ночам, знала, что после этого случая дочь замкнулась в себе, и сейчас была рада, что Настя влюбилась и живёт полной жизнью.
— Ты откуда узнала, что я влюбилась? — спросила Настя.
— По твоему виду, не забывай, я тоже когда-то в первый раз влюбилась. Кто он?
— Не скажу. Я боюсь, что это окажется сном.
— Я тебя прекрасно понимаю, но скажи хоть, как его зовут?
— Саша.
— Хорошее имя. Ну ладно, потом всё расскажешь, раз сейчас не хочешь.
Вечер подошёл к концу.
***
Был конец ноября. Утро было солнечное с лёгким морозцем. Мы все встретились у техникума и пошли на первую пару. На втором этаже к нам подошла Ника. Поглядела на всех нас и сказала:
— Настя, помоги мне, надо все зачётки отнести куратору.
Они пошли в учительскую. Мы с Михой переглянулись, потому что предательницей могла быть Ника. «Интересно, — подумал я, — правда ли, что куратору нужны наши зачётки? Или это предлог, чтобы увести Настю?» Почему-то мне казалось, что именно Ника была сообщницей Лены. У неё всегда был хитрый взгляд.
— Настя, — сказала Ника, когда они были уже в учительской, — а где ты живёшь? А то куратор в сентябре заполняла наши данные, а сейчас по новой их собирает.
— Хорошо, я скажу куратору свой адрес. — у Насти это вызвало подозрение. «Хотя, — подумала Настя, — почему я такая подозрительная, ведь Ника — староста группы, и куратор попросила её собрать сведения».
— Куратору сейчас некогда, и она попросила меня записать все сведения. — сказала Ника.
— Записывай. — Настя продиктовала ей свой адрес, и удивилась, почему она первая, кого Ника спрашивает. — А что я первая у тебя?
— Да, ты же мой заместитель, вот и начала с тебя. — ответила она.
Они взяли зачётки и пошли к куратору. Тут Нике позвонили, и она взяла трубку. Настя не слышала, с кем разговаривала Ника. После разговора Ника сказала:
— Звонила куратор и сказала, что сама потом возьмёт зачётки.
Они вернулись в класс.
***
После первой пары я подошёл к куратору. Хотел проверить, действительно ли она просила принести зачётки. Она была в учительской и брала наши зачётки. «Неужели Ника не шпион? Тогда кто же?» Я запутался, всё ровно надо было проверить, раз решился.
— Наталья Викторовна, извините, а вы не просили Нику принести наши зачётки перед первой парой?
— А с чего вдруг такой вопрос? Нет, не просила, а что?
— Да, нет ничего. Просто она меня просила помочь принести их вам. — соврал я.
— Я с ней погово…
— Нет, — перебил я её, — не надо. Прошу вас. — сказал я и убежал.
После занятий мы вчетвером пошли к Мише домой. Там его мать, Валентина Степановна, уже накрывала на стол. Миша с Олей шли впереди. Оля взяла его под руку. Мы с Настей шли рядом, не касаясь друг друга. Я боялся к ней прикоснуться, а она ко мне. Мы пытались найти общую тему для разговора.
