После третьей пары я всё ещё думал, как начать разговор, как рассказать ей про Лену, и поймёт ли меня Настя. Миша был прав, Лену надо опередить и всё рассказать самому.
Я пошёл домой, а Настя задержалась в техникуме.
Когда Настя вышла из техникума, её окликнула Ника. Она повернулась и пошла к Нике. Рядом с Никой стояла девушка. Настя её не знала.
— Привет. — сказала Ника. — Ты у кого-нибудь узнала адрес?
— Да. У Оли и у Саши. Тебе сейчас дать?
— Нет. Вот, кстати, познакомься — это Лена. Она хочет поступать в наш техникум на следующий год.
— Очень рада знакомству, а я Настя.
— И я рада нашему знакомству. Мне Ника сказала, что вы хорошо учитесь и хорошо знаете историю техникума. Мы не могли бы сегодня встретиться и поговорить? — спросила Лена.
— Нет, извините, сегодня не могу. Давайте завтра в семнадцать часов?
— Хорошо.
Настя пошла домой. Уже три часа, мы скоро встретимся. Настя пораньше вышла из дома, чтобы поскорей увидеть меня. Возле подъезда она увидела Лену. Это её насторожило. «Она что, — подумала Настя, — следила за мной?»
— Вы кто? — спросила Настя со всей серьёзностью.
— Вы не помните, я Лена. Мы с вами познакомились около тех…
— Вы что за дуру меня держите? Как вы узнали мой адрес? — прервав её, спросила Настя. — И зачем я вам нужна?
— Ваш адрес мне дала моя знакомая. Я хочу вам сказать, что Саша вас обманывает.
— Гемон? — спросила Настя, на что Лена кивнула. — И в чём?
— Ему тяжело вам об этом говорить, поэтому скажу я. Можно на ты?
— Да, только говорите быстрее. — сказала она.
Внутренний голос ей говорил: «Беги к нему, не слушай её», но Настя предпочла выслушать Лену.
— Настя, мне тебя очень жаль, — начала Лена, когда они потихоньку пошли, — но он тебя обманывает, ты ему не нравишься. — Настя чувствовала, как постепенно угасает её радость. — Ему нравлюсь я.
— Я не верю тебе. Ты специально это говоришь. — она пыталась ей не верить.
— Я докажу. Как ты думаешь, откуда я узнала, что вы встречаетесь в шестнадцать часов у старого дуба? — Настя, правда, этого не знала. Она не верила своим ушам.
— Этого не может быть!
— Это он мне сказал. — закончила Лена.
— Ты лжёшь! — почти крикнула Настя. — Этого не может быть. — говорила она, а у самой внутри всё щемило от боли.
Они дошли до парка. Я уже был у старого дуба. На душе было не спокойно и я пошёл Насте на встречу. И вот я вижу, что Настя стоит вся бледная рядом с Леной. «Боже мой, что она успела ей наговорить?» Я подошёл быстро к ним. Первая начала говорить Лена.
— Милый, это мне?
— Нет. — резко ответил я. — Насте. Настя, пойдём отсюда.
— Я с тобой никуда не пойду. Прощай! — сказала она холодно, и, бросив цветок мне в лицо, пошла прочь.
Она ушла. Я хотел побежать за ней, но услышал слова, которые Лена говорила так, чтобы Настя не могла услышать.
— Ну что, я же говорила, что вы вместе никогда не будите! Так что не пытайся её вернуть, я не дам вам быть вместе.
Я в порыве злости схватил её за грудки.
— Слушай, гадина, я всё ровно буду с ней, и не смей нам мешать, а то убью. — сказал я ей с такой интонацией, что она меня испугалась.
— У-убь-ё-ёшь? — спросила она, заикаясь.
— Нет, конечно, но поверь мне, тебе будет очень плохо, а сейчас иди отсюда и не смей меня преследовать. Да, и скажи Нике, что ей тоже не поздоровится.
Я отпустил её и, бросив гневный взгляд, пошёл прочь.
Как больно жжёт в груди, после твоего холодного слова «прощай». Мои худшие опасения подтвердились. Как же ноет душа! Мне казалось, что я сейчас сгорю от этой обжигающей боли. «Как же ей всё объяснить? — думал я. — Она же мне не поверит. Неужели навсегда?» — думал я, и от этого боль усилилась ещё больше.
В это время Настя была дома. Закрылась у себя и зарыдала в голос. Плачь срывался на крик. «А ведь я ему даже шанс не дала. — думала она. — Неужели он всё время врал? А может, это Лена врёт?» Она не знала, как избавиться от пылающей боли. Боли, которой могло бы и не быть, если бы она послушала свой внутренний голос, и сразу ушла бы ко мне на свидание.
Всю ночь мы оба не спали. Наши души рыдали. Внутри всё горело и водой этот огонь нельзя потушить. От боли Настя в кровати свернулась клубочком. Мы плакали, как дети, зовущие маму после сна.
Утром я решил, что всё ей расскажу. «А если она не поверит? — думал я. — Тогда буду умолять её, чтобы поверила. Миша прав, бороться за счастье бывает очень трудно». С этой мыслью я пошёл в техникум.
Снега навалило полно, были даже сугробы, а он всё падал и падал. Морозец тоже был не малый.
Я решил подождать Настю около техникума. И тут увидел Нику. Внутри снова всё обожгло, но уже холодной злостью. Я спокойно подошёл к ней.
— Привет. Ну, что, рада? — с издёвкой начал я.
— Привет. Чему рада? — не поняла Ника.
— Что же вы две такие стервы, ты ещё и притворяешься. Говори, ты дала Лене адрес Насти?
— Какой адрес? Какой Лене? Чушь.
— Не ври. — прикрикнул я на неё. — Говори быстро, маленькая шестёрка Лены. Хочешь, я сделаю твою жизнь в группе невыносимой. Поверь, это я умею здорово.
— Ты не посмеешь, иначе все в группе узнают, что ты втюрился в Настюху.
