Вдруг Дима разбежался и со всей силой толкнул Настю. Настя стала просыпаться и последнее, что услышала от Лены: «Сестра, нет, не уходи, побудь со мной, мне плохо без тебя». Она проснулась в слезах и в поту, и подумала: «Боже, я чуть не умерла. Я чуть не оставила свою любовь одну». Она встала, быстро оделась, вытерла слёзы и побежала ко мне домой.
Я не спал всю ночь, смотрел в окно, вдруг увидел Настю: «Боже, что-то случилось», — подумал я и побежал на встречу. Встретившись, мы крепко обнялись. Она была очень напугана. Настя гладила меня по спине.
— Что случилось? — спросил я её с беспокойством.
— Я боюсь спать. Во сне я видела Лену, и она звала меня с собой. Я не пошла с ней, а если бы пошла, я не знаю, чтобы было бы. Сашенька, я боюсь.
— Успокойся, ты со мной и уже не спишь. Забудь этот сон, не вспоминай о нём.
Мы стояли, крепко обнявшись, и я её успокаивал, а сам на миг представил, что мог её больше не увидеть. У меня сразу же сжалось сердце, и у нас обоих по щекам текли слёзы. Мы впервые были так близко к разлуке, которая зависела не от человека, а от самой судьбы. Было очень страшно, но, благодаря Богу, который был благосклонен к нам, мы снова видим, слышим, ощущаем и чувствуем друг друга.
— Милый, как же я испугалась. Ведь я была на волосок от…
— Ну, ну, всё уже кончилось. Не думай об этом. Я с тобой, и всё хорошо.
Тут наши губы слились в поцелуе. Мы целовались не долго, просто мы не могли предаваться наслаждению в такой день, когда такое горе.
Мы пошли ко мне домой, а из дома — на похороны Лены. Похороны прошли быстро. Там была, конечно же, двоюрная сестра Ника. Я показал её Сергею.
Казалось бы, вот и всё, но остались Андрей и Ника, от которых можно было ожидать всё, что угодно.
***
Так и прошёл наш первый год обучения, и настали каникулы. Этим летом я не поехал в деревню к тёте, а Настя не поехала отдыхать на турбазу. Мы хотели побыть вместе, и наши родители это понимали. Мы гуляли вместе с утра до вечера. Наконец-то настало время, когда мы вместе. Так полетели счастливые дни нашей любви. Мы хоть отошли от тех событий, только меня беспокоило то, что «Чёрный» до сих пор гуляет на свободе.
Как-то раз, придя домой после того, как я проводил Настю, на своём столе я обнаружил письмо. Письмо было подписано странно. «От кого» не было подписано вообще, а в строке «кому» написано: «Гемону А.П.». Индекса тоже не было. Я его вскрыл. Там было два листа, один из которых был чист. Я взял лист, на котором было написано письмо, и начал читать:
Я сжал письмо и громко рассмеялся над этой ложью. Я знал, что всё, что написано в этом письме — чистая ложь.
В это время Насте позвонили.
— Слушай сюда, завтра из дома ни шагу. Я знаю, что ты встречаешься с Сашей, но у него завтра в десять часов встреча с другой.
— Это шутка? — спросила Настя.
— Нет.
На другом конце провода бросили трубку. Настя захихикала, потому что знала, что этого не может быть, и сразу забыла этот разговор.
Мы не поверили этим сказкам, потому что мы слишком много страдали, и эти страдания научили нас доверять друг другу. Каждый из нас знал, что мы любим друг друга так сильно, что даже в мыслях не способны друг другу изменить.
Утром мы, как обычно, собрались на свидание. Настя забыла про вчерашний звонок, а я сжёг письмо.
Подхожу я к нашему месту встречи, а там стоит какая-то девушка. Я встал в другое место и стал ждать Настеньку. Эта девушка подошла ко мне и сказала:
— Ну, что пошли на казнь?
— Вы кто? — спросил я.
— Не важно. — ответила она.
У неё зазвонил телефон, она ответила. После звонка она неожиданно обняла меня. В этот самый миг Настя увидела, как меня обняла какая-то девушка. Я быстро вырвался из объятий незнакомки и, увидев Настю, побежал за ней. Слёзы из милых глаз хлынули рекой, и она побежала от меня.
— Постой, ты не так поняла, я даже не знаю эту девушку.
Но она бежала, не останавливаясь. Я догнал её и крепко обнял.
— Отпусти. Ты проколол мне сердце иглой. Я всё видела, видела, как она тебя обнимала. Прощай! — выговорила она на одном дыхании.
