Больше всего поражали письма от людей, не имевших никакого представления о российской жизни. Таким было послание от префекта парижской полиции Луи Андрие. Среди его рекомендаций было предложение императору издать манифест, в котором рекомендовалось объявить, что он, император, желает дать народу гарантии благосостояния и спокойствия не только строгим сохранением существующих законов, но также реформами и постепенно расширяемой свободой, подобно тому, как это делал его усопший родитель. Никакое правительство не должно уступать перед насилием нигилистов. Есть раны, которые требуют раскаленного железа, и нигилизм из числа таких ран. «Для страшных болезней нужны страшные лекарства… Террористов следует укротить, как укрощают диких зверей… Следует купить кого-либо из нигилистов: купленный продаст и сообщников».
Конечно же, исходили предложения и от Константина Петровича Победоносцева. Своими письмами, записками и советами изо дня в день он побуждал Александра III к более решительной и жесткой политике. «Не упускайте случая заявлять свою решительную волю, прямо от Вас исходящую», — писал он 3 марта.
6 марта К. П. Победоносцев обстоятельно рекомендовал Александру III направить правительственную машину по более твердому политическому курсу. «Если будут Вам петь прежние песни сирены о том, что надо успокоиться, надо продолжать в либеральном направлении, надобно уступить так называемому общественному мнению, о, ради Бога, не верьте, Ваше величество, не слушайте, — настаивал Победоносцев. — Это будет гибель, гибель России и Ваша: это ясно для меня, как день… Не оставляйте графа Лорис-Меликова. Я не верю ему. Он фокусник и может еще играть в двойную игру. Если Вы отдадите себя в руки ему, он приведет Вас и Россию к погибели. Он умел только проводить либеральные проекты и вел игру внутренней интриги».
Многие земства, а точнее, тридцать одно уездное и семь губернских, выступили с заявлениями о полной поддержке царя и правительства и готовности «пойти на борьбу с крамолой». Экстренное московское губернское земское собрание, состоявшееся 7 марта, обратилось к императору с ходатайством о сооружении в Московском Кремле на средства всей земли Русской памятника Александру II за его достойные дела: освобождение миллионов крестьян, создание земского и городского самоуправления, введение правого и скорого суда.
Александр III знал, что 4 марта отец планировал провести особое совещание Комитета министров, на котором следовало решить вопрос, публиковать ли правительственное сообщение о создании редакционных комиссий, предложенных Михаилом Тариеловичем Лорис-Меликовым, или нет.
Вопрос о создании редакционных комиссий Александр Александрович, император Александр II и М. Т. Лорис-Меликов обсуждали еще летом 1880 года до отъезда в Ливадию. Затем не раз поднимали эту тему после возвращения императора и наследника из Крыма. И тогда все время звучала тема проведения ряда экономических реформ.
Развивая идею реформ, Лорис-Меликов представил императору 28 января 1881 года документ, в котором предлагал учредить временные подготовительные комиссии. В состав комиссий должны были войти правительственные чиновники и выборные представители от земств и органов городского самоуправления. Михаил Тариелович, призывая к решительной борьбе с террористами, одновременно пытался привлечь на свою сторону оппозиционную часть общества. Проект получил неофициальное название «Конституция Лорис-Меликова».
Обсудить этот проект и должно было 4 марта особое совещание Комитета министров.
Александр III решил, что такое совещание необходимо провести как можно раньше. И поэтому приказал собрать Комитет министров 8 марта, в воскресенье, в два часа дня, в Малахитовом зале Зимнего дворца.
Председательствовать на заседании император решил сам.
К назначенному времени в Малахитовый зал один за одним входили члены Комитета министров: председатель Комитета министров Петр Александрович Валуев, министр внутренних дел Михаил Тариелович Лорис-Меликов, военный министр Дмитрий Алексеевич Милютин, министр народного просвещения Андрей Александрович Сабуров, министр Императорского двора и уделов Александр Владимирович Адлерберг, министр путей сообщения Константин Николаевич Посьет, министр государственных имуществ Андрей Александрович Ливен, министр финансов Александр Агеевич Абаза, министр юстиции Дмитрий Николаевич Набоков, министр почт и телеграфов Лев Саввич Маков, главноуправляющий Вторым отделением Собственной Его Императорского величества канцелярии Сергей Николаевич Урусов, государственный контролер Дмитрий Мартынович Сольский, управляющий Морским министерством Алексей Алексеевич Пещуров, товарищ министра иностранных дел Николай Карлович Гирс, управляющий делами Комитета министров Николай Павлович Мансуров, главноуправляющий Четвертым отделением Собственной Его Императорского величества канцелярии принц Ольденбургский, государственный секретарь Егор Абрамович Перетц.
