Александр Македонский и Атропат полностью

В специальном исследовании о разновидностях казни в Древнем мире отмечается, что подобная казнь довольно редкое явление в греческой практике [Тираспольский, 2003]. Тем не менее нам удалось обнаружить в «Истории» средневекового византийского автора Льва Диакона сообщение о казни русского князя Ингоря/Игоря, который был «привязан к стволам деревьев и разорван надвое» [Диакон, 1988. VI, 10]. Суть параллели между этими двумя казнями методом разрыва на две части посредством двух деревьев, заключается еще и в том, что в первом случае греки казнят сако-скифа Бесса, а во-втором — почти 1500 лет спустя германцы казнят Игоря, которого автор сообщения в этом же произведении признает скифом.

Заключая, следует отметить, что Багистан изначально для каждого мидийца был местом сакральным, священным, местом поклонения мидийским языческим богам. После потери независимости в 550 г. Багистан оказался местом, где в 522 г. было провозглашено о восстановлении независимости Мидии, некогда могучего государства. Вскоре здесь же после подавления антиперсидского восстания были казнены руководители мидийского восстания. Через некоторое время по приказу нового персидского царя Дария I здесь же был создан мемориал, известный ныне под названием Бисутунские тексты, в которых восхваляется победа персов и унижается достоинство мидян. Предварительно высказанное желание Александра обозреть этот мемориал и было причиной того, что Атропат решил не сопровождать Александра в Багистане.

Осмотрев Багистан, Александр направился в другой знаменитый регион Мидии, в сторону Нисейских полей. Там к Александру подъехал Атропат, который отсутствовал во время его пребывания в Багистане. Нисейские поля знамениты тем, что являются местом, «где паслись огромные табуны лошадей. В старину, говорят, там ходило на свободе до 160 тысяч коней; но когда Александр туда прибыл, их насчитывалось всего 60 тысяч» [Diod, XVII, CX. 6]. Александр учредил конский завод в Мидии [Hammond, 1998. Р. 425. Not. 64]. Македонские аристократы любили лошадей нисейской породы, которые завозились в Македонию во время персидского правления [Nawotka, 2010. Р. 10]. В. В. Тарн считает, что большое число нисейских коней были присвоены македонскими генералами, казненными Александром [Tarn, 1979. Р. 109].

Амазонская тема делится на две категории. Мифическими следует признать упоминания о наличии матриархального государства со специфическим семейным укладом. Реалистическим является наличие женщин-воительниц, что было характерным для сако-скифского общества. Амазонок как в мифах, так и в реальной жизни в той или иной форме связывают с сако-скифами. Аполодор сообщает, что амазонки считались дочерьми бога войны Ареса и наяды Гармонии [Apoll. Rod. II, 990] и поклонялись Артемиде — богине охоты [Diod, II, 46] и Аресу, которому также поклонялись скифы. Кроме того, согласно Геродоту, амазонки были женами скифов [Hdt. IV, 59; IV, 110–115].

Амазонская тема применительно к Кавказу имела широкое распространение как в греческих мифах, так и исторических сообщениях.

Эсхил в трагедии «Прикованный Прометей» помещает Прометея «в Скифии у Кавказской горы», где осужденный титан прикован к «скалистоверхим кручам». Здесь же Эсхил упоминает некое «племя девушек-наездниц», которые плачут над участью Прометея. В одной из бесед Прометей сообщает, что если направить свой шаг «к полудню», т. е. к югу от Кавказского хребта, «амазонок войско встретится, враждебное мужчинам». Роберт Грейвз, описывая девятое деяние Геракла, касающееся приобретения пояса Ипполиты, сообщает, что «амазонок всё ещё можно встретить в Албании, той, что находится рядом с Колхидой, куда их изгнали из Темискиры одновременно с их соседями — гаргаренцами. Когда оба народа благополучно достигли Албанских гор, они разделились — амазонки осели у подножия Кавказских гор над рекой Мермодой» [Грейвз, 1992].