Самым интересным эпизодом боя в устье Ижоры историки сочли схватку Александра с «королём», которого он лично копьём в лицо уязвил. Здесь описан классический таранный удар, как на турнире, когда острое копьё пробило личину вражеского шлема, но не убило противника, а оставило след на его лице. Западные рыцари в то время носили шлемы с намертво закреплённым овальным дырчатым забралом, закрывавшим только лицо. Этот шлем был легче личинного русского, так что прямой удар копья мог его пробить.
В заблуждении, что под именем «короля» скрывается Биргер, историки считали, что удар Александра пришёлся в лицо именно ему. Однако шведские археологи, вскрыв могилу ярла Биргера, действительно обнаружили у того на лбу след от сильного удара острым оружием. Разумеется, ярл воевал в своей жизни не раз, и мог приобрести такой след в любой из многочисленных схваток. Но как хочется предположить, что молодой человек напросился в поход со своим дядей Ульфом Фаси, и, как любитель турниров, выехал в богатых доспехах на поединок с князем Александром! А дружина, радуясь победе князя, сочла, что этот красивый всадник и был у шведов «королём».
Ни Биргер, ни ярл Ульф Фаси, ни епископ Томас не были убиты в сражении. Нельзя сказать и о том, что крестоносцы были разгромлены наголову. После долгого боя они понесли большие потери, были порядком изранены, но удержали свои позиции, смогли нагрузить погребальные корабли трупами, и даже тела низших чинов закопали в большой яме. Потеряв три корабля, кроме тех, что сами использовали для погребения знатных людей, крестоносцы ушли восвояси. Их жажда обогащения привела к одним убыткам.
В этом и состояла победа князя Александра, доказавшего воинам со всей Скандинавии, что Русь надёжно защищена от нападения врага и силой, и правдой, что искать здесь поживы обойдётся себе дороже. Следующий поход в нашем направлении, правда, более осторожный, но тоже неудачный, предпримет ярл Биргер спустя ровно 10 лет.
Не успела дружина Александра вернуться домой, отпраздновать победу, починить оружие и залечить раны, как враг атаковал русские границы на западе. Нарушив своё же правило воевать зимой, рыцари ордена (на сей раз уже Тевтонского) в августе 1240 г. атаковали Изборск, а затем и Псков. Согласованные папской курией действия крестоносцев были поразительно по тем временам синхронны: тевтоны запоздали с выступлением вместе со шведами лишь на один месяц![105]
Пунктуальные немцы прекрасно подготовились к нападению. Они скрытно собрали войска из орденской крепости Медвежья голова и Вельянди (Феллина), епископских воинов из Юрьева; датское войско из Ревеля выступило под командой принцев Кнута и Абеля, сыновей короля Вальдемара II[106].
О нападении красноречиво рассказывает Ливонская рифмованная хроника:
