Тем не менее англичане имели мужество выпить полностью второй стакан самогона после своего последующего тоста за генерала Деникина.
К концу ужина командир полка позвал гостей и офицеров на улицу. Уже стемнело. В разорванных облачках серебрилась луна. Поперек всей дороги лежала огромная куча хвороста и соломы. Вдруг вся куча вспыхнула, затрещала, и огненные языки вскинулись выше хата. Издали, из темноты, раздался топота копыта, и на полном карьepе вылетели на освещенное место четыре кубанских казака на своих степных кобылицах. Около костра кобылицы взметнулись на дыбы, прижали уши к закинутым головам и с развевающимися гривами и хвостами распластались над костром. Перелетали, и яростное пламя вытянулось вслед за умчавшимися всадниками, точно хотело удержать свои жертвы, но в вихрь пламени, искр и дыма замелькали новые четверки коней - целое огненное воинство. Тут грянула наурская лезгинка. Смешались дивчины, бабы, казаки. Быстро развернулись в хоровод, в середину его выскочил молодой казак и понесся по кругу, почти не касаясь земли...
Англичане не выдержали, они жали руки офицерам и восхищались:
- Мы бывали во всех колониях Британской Империи и видели много чудес, но самое фантастическое зрелище это было у вас казаков.
В штабе англичане говорили А. П.:
- Мы представить себе не могли, что можно сражаться в такой обстановке, как ваши добровольцы. Мы сами солдаты, но у нас дрогнуло сердце... И это наши союзники по Великой войне...
А. П. выразил надежду, что добровольцам, не признавшим Брест-Литовского договора, Англия и Франция теперь окажут помощь против поработителей России и предателей общего дела Антанты.
Английский майор ответил:
- Мой генерал, я сделаю все возможное, чтобы обрисовать своему начальству истинное положение Добровольческой армии, и надеюсь, что правительство Его Величества окажет генералу Деникину всемерную помощь...
X.
Одновременно с наступлением на Ростов с Царицынского направления Красное командование отдало приказ "уничтожить противника, прикрывающего Донецкий бассейн". Эту задачу должны были выполнить три Советские армии - 8-ая, 13-ая и большая часть
14-ой. Против них было всего около 12 тысяч добровольцев. Изо дня в день перебрасываемые по железным дорогам в угрожаемом направлении добровольцы отдыхали только в пути. Вся тяжесть шестимесячной обороны Донецкого бассейна легла на 1-ый корпус под командованием генерала Май-Маевского.
В конце апреля 1919г. Май-Маевский был назначен командующим Добровольческой армией, а Кутепов, наконец, должен был вступить в командование частями 1-го корпуса.
6-го мая А. П. вместе со своим штабом был переброшен с. Манычского фронта в Донецкий бассейн, и с тех пор 1-ый корпус Добровольческой армии стал неразрывно связан со своим командиром генералом Кутеповым. Вместе они несли все боевое напряжение, вместе делили и славу победоносного наступления и горечь тягостного отхода...
Основные полки, входившие в состав 1-го корпуса, носили имена погибших вождей Добровольческой армии. Цвета полков были как бы их символами.
В черно-красный цвет был одет Корниловский полк, зародившийся в пламени революции во имя грядущей обновленной России.
В черно-белый цвет - Офицерский полк генерала Маркова.
Когда генерал Алексеев спросил Маркова, зачем он так мрачно одел свой полк, Марков ответил:
- А не такова ли судьба России и всего офицерства?
В голубой цвет - полк генерала Алексеева. Цвет в честь молодежи, гимназистов и студентов, в юношеском порыве устремившейся за призывом старого вождя - зажечь светоч во тьме.
И, наконец, Дроздовский полк, пробившийся через весь Юг России на соединение с Корниловым. Дроздовцы пришли с алым отблеском боев и пожарищ на своих фуражках.
Все эти полки образовали ядро Вооруженных сил юга России, и были родное детище, белого движения.
В Добровольческой армии делались неоднократные попытки формирования прежних полков Императорской армии. Под старыми знаменами собирались офицерские кадры, свято чтившие свои полковые традиции и не представлявшие себе боевой жизни вне родного полка, тем не менее этим кадрам редко удавалось возродить свои полки. Обыкновенно развертывались сводные батальоны из разных полковых ячеек. Было не в человеческих силах вдохнуть в Императорские полки ту жизнь, что отлетела у них с гибелью последнего Державного Вождя армии...
В то же время Добровольческие полки оказались необычайно жизненными. В своей борьбе с Красной армией эти полки по многу раз обновляли свой состав, пополняясь преимущественно пленными красноармейцами, однако своей боеспособности и стойкости никогда не теряли. В течение десяти месяцев - за период наступления из Донецкого бассейна до Орла и отхода от него до Новороссийска - 1-ый корпус выдержал непрерывные бои с 245 советскими пех. полками, с 22 отдельными батальонами, 57 кав. полками и дивизионами 128 бронепоездами, всего же с 352 боевыми единицами.
