Александр Пушкин: близкая эпоха полностью

На начало XIX века самые популярные образовательные структуры были в Москве – это, прежде всего, гимназия при Московском университете, открывшаяся в 1755 году вместе с университетом (знаменитые выпускники гимназии – светлейший князь Григорий Потемкин и литератор Денис Фонвизин) и Московский благородный пансион, созданный в конце 1778 года в связи с катастрофическим переполнением университетской гимназии, где обучение было бесплатным (знаменитые выпускники Благородного пансиона – Василий Жуковский, Александр Грибоедов, Михаил Лермонтов и декабристы – Петр Каховский, Сергей Трубецкой и Александр Якубович).

В Санкт-Петербурге первым престижным образовательным заведением стал пансион аббата Николя (вместе с декабристами Михаилом Орловым, Сергеем Волконским и Василием Давыдовым здесь учился шеф жандармов Александр Бенкендорф), но в начале XIX века образовательную инициативу перехватил Иезуитский благородный пансион (где учился поэт и друг Пушкина, Петр Вяземский, уважительно отзывавшийся о полученном там образовании).

Возвращаясь к Царскосельскому лицею, отметим, что из всех невоенных образовательных учреждений в России, только здесь выпускникам могли присвоить IX класс табеля о рангах (что автоматически означает начисления годового оклада в 800 рублей при поступлении на работу; на наши деньги это примерно 95 тысяч рублей в месяц – вполне неплохая зарплата молодого специалиста).

2. Преподавание в Лицее велось только на русском языке. Большинство преподавателей – русские.

Александровское время – это время французского языка, многие дворяне с трудом писали по-русски (и среди многих – с трудом выражавшиеся на языке родном Татьяна Дарина и Михаил Бестужев-Рюмин, который в камере Петропавловской крепости писал показания на французском, чтобы потом со словарем переводить написанное на родной язык).

А в Царскосельском лицее стали преподавать и писать по-русски.

Главная аудитория Царскосельского Лицея

3. Преподаватели (в основном) – молодые люди до 30 лет.

Хорошо, когда преподает молодой и энергичный человек. Между учителем и учеником нет разрыва в несколько поколений, а значит, вероятность взаимопонимания велика…

Преподавателю права, экономики, юриспруденции Александру Куницыну (не сказавшему ни слова о благотворной роли царя в приветственной речи), который учился в Геттингенском университете вместе с Николаем Тургеневым и Петром Кавериным, было 29 лет.

Николаю Кошанскому, который отвечал за русскую словесность и латынь и утверждал на лекциях, что каждое лишнее слово есть бремя для читателя, было 30.

Александру Ивановичу Галичу, историку и словеснику, также выпускнику Геттингена, было 28. А преподавателю математики, физики и черчения Якову Карцову – вообще 26!

Возрастом давил только 5 5-летний преподаватель риторики и французской словесности Давид Иванович де Будри, но, являясь младшим братом убитого в теплой ванне героя французской революции Марата[19], он был частью живой истории. Пушкин, кстати, был его лучшим учеником.

Другой частью живой истории был преподаватель музыки и хорового пения польский композитор Вильгельм Теппер де Фергюсон[20]. Вильгельм лично встречался с Моцартом и Гайдном, а значит, лицеисты находились в одном рукопожатии от величайших музыкальных гениев эпохи.