С Еленой оделись тепло. Тёплые шаровары, но не свободные, как ангары для дирижаблей, а почти в обтяжку, но не совсем. Тёплые рубахи, а поверх них надели с Еленой свитера, Я сама связала их ещё в прошлую зиму. Такого ещё на Руси не носили. Свёкр со свекровью заинтересовались и я связала им тоже. Причём использовала пряжу разного цвета вывязывая узоры. Им обоим так понравилось, что тот же Фёдор Мстиславович обязательно зимой надевал под свою шубу свитер и ходил расстегнувшись, чтобы все видели и завидовали. Для бояр понты это было обязательно. Без понтов жить было нельзя, ибо потерька чести и позор. Так вот, сами с Еленой тоже надели свитера и длинные полушерстяные юбки, сшитые из немецкого сукна. Юбки были ниже колен, до середины икр и имели по бокам разрезы до колен. Специально так сшили, для катания на коньках. Поверх свитеров надели короткие шубки — шугаи. В отличии от остальной верхней женской одежды, которая была обязательно свободной, скрывающей женскую фигуру, шугаи были приталенные. В длину едва прикрывали половину попы. Для нас с Еленой в самый раз. На голове платок и сверху кубанка, отороченная мехом чернобурки. Покрасовались друг перед другом. Красотки, одним словом. К нам в этот момент зашла свекровь.
— Ляксандра, я только что с Корпуса приехала. Там что твои эти, как их… Сержанты делают? Зачем воду в бочках возят на этот, как его…
— Корт, матушка?
— Во-во, на корт… Им делать нечего? Весь Корпус над ними потешается… А куда это вы, дочки?
— На Москву-реку, матушка. На коньках покататься.
— На чём кататься?
— На коньках. Вот. — Я показала свекрови коньки для фигурного катания. Она взяла их в руки. Удивлённо смотрела.
— Прости, Господи, а как на них ходить то?
— А мы, маменька, — ответила свекрови Елена, — ходить не будем на них. Мы на них кататься будем.
— Как это кататься?
— Очень просто. Наденем, выйдем на лёд и кататься будем.
Свекровь перекрестилась.
— Так они там заливают воду, чтобы на энтом кататься?
— Конечно. А пока заливают, мы на Москву-реку с Еленой съездим. Я сказала, чтобы карету зимнюю подготовили и печку в ней затопили. — Ответила Евпраксии Гордеевне. Свекровь оглядела нас. Покачала головой.
— Ляксандра, Елена, что за юбки у вас срамные?
— Не срамные, матушка. Как раз для катания на коньках. — Тут же парировала старшую боярыню Ленка. Свекровь опять перекрестилась.
— Ну ладно ты, Ляксандра, ходишь в военной форме. Все уже привыкли. Но сейчас то???!!! Чай не форма Корпуса на тебе. А ты Елена? Василий то знает? Муж то твой?
— А чего ему, маменька? Я при нём ещё давеча надевала юбку, примеривала. Он видел. Конечно, не совсем довольный остался, но он же любит меня, поэтому и согласился. — Свекровь вновь осуждающе покачала головой, поджав губы. А Ленка продолжила. — зато, матушка, как увидит меня на коньках, радоваться будет и гордится такой красавицей и умницей женой.
Я зажала рот ладошкой, так как меня разобрал смех. Да, Елена недостатком скромности явно не страдала. Свекровь, продолжая качать головой, усмехнулась.
— Да, невестушка. Вижу, что умеешь ты мужа то уговаривать. Поеду с вами, посмотрю, как вы там на энтом кататься будете.
Надев с Еленой сапоги, мы втроём вышли на улицу. В этот момент на подворье заехали сани. В них была Евдокия. Рядом с санями гарцевал на коне её молодой муж, старший боярский сын Елецкий Егор. Тут же было на конях двое боевых холопов, вооружённых.
— Здравствуй, Егор! — Крикнула ему Елена с крыльца. Он засмеялся, глядя на нас. Соскочил с коня. Помог Евдокии выйти с саней. Поклонился своей тёще и нам с подругой.
— Доброго здоровьечка, Евпраксия Гордеевна. И вам Царевны Елена и Александра.
— Здравствуй, Егор. Никак в гости приехали? — Спросила его маман.
— Да, Евпраксия Гордеевна. Вот жена сильно просила. Не мог отказать ей.
Евдокия тоже поклонилась матери и нам. Из девчонки она превратилась в степенную молодую женщину. Ну а как хотите, теперь она мужняя жена, не боярышня, а боярыня Елецкая, Евдокия Фёдоровна. Это статус. Елецкие тоже были уважаемым боярским родом.
Мы сошли с крыльца, обнялись с Егором, поцеловались в щеку. Обнялись с Евдокией.
— Матушка, — спросила Евпраксию Гордеевну Евдокия, — а батюшка здесь?
— Батюшка на службе. — Ответила дочери старшая Вяземская.
— Да, Евдокия. — Вторила я своей свекрови. — Батюшка на службе. Василий тоже на службе. Матушка только со службы приехала. А мы с Еленой сегодня решили по бездельничать.
Евдокия и её муж удивлённо стали нас разглядывать.
— А куда это вы собрались в такой одёжке? — Спросила нас золовка.
— На Москву-реку, покататься. — Тут же ответила маман. — Шугаи надели, словно девки не замужние. А юбки, срам один. — Свекровь опять перекрестилась. — Господи, я уже ко всему привыкла с царскими дочерями. Одно спасает, что царская кровь в них. Позволяют себе такого, что даже боярыни не смеют. И ведь ничего не скажешь им. Сам Государь их слушает, да дозволяет многое.
