– Вы очень похожи. Интересная у вас генетика, никогда не видела красных глаз, а тут сразу у двоих.
– Тебе очень повезло, – коротко ответила я, переведя взгляд на нее.
– Что не видела красных глаз? – засмеялась она. – А мне нравится. Так необычно. У тебя особенные глаза, – замурлыкала девушка, прижимаясь к Крису и протягивая руку к его щеке. Послышался скрип зубов – так сильно я сжала челюсть.
– Тогда хорошо, что ты встретила именно Криса, – кивнула я. – Не буду вам мешать.
Я отвернулась от них, волосы упали на лицо, скрывая глаза, и я сделала шаг, изо всех сил стараясь перебороть желание рвануть к своему балкону. Нельзя давать незнакомке увидеть, кто мы на самом деле. Я чувствовала на спине прожигающий взгляд, от которого по коже бежала дрожь. Ничего не произошло, ничего не произошло, ничего не произошло… Почему тогда мне казалось, что грудь вот-вот сгорит от полыхающего внутри огня?
Прежде чем я завернула за угол, я снова услышала тошнотворный голос девушки:
– Красивая у тебя сестра, – с улыбкой произнесла она и тихо добавила: – Как и ты.
Я скривилась и, как только скрылась от их взора, через секунду уже стояла в своей комнате, тяжело дыша. Белые стены давили, кровать напоминала о тех временах, когда Крис обнимал меня, спасая от самой себя. Я ненавижу кедр, ненавижу его запах. Ненавижу все, что позволяла делать Крису. Все, что делала сама. Какая же я дура. Задыхаясь от эмоций, я уставилась на дверь, сжимая и разжимая кулаки. Нужно успокоиться.
Галька зашуршала. Дверь машины открылась и быстро закрылась. Крис молчал даже тогда, когда девушка спросила о следующей встрече. Она что-то тихо мурлыкала, но я не вслушивалась в слова. Завелся двигатель. Колеса зашуршали по камушкам.
Мне в спину дул ветер, проникающий в комнату через открытый балкон. Едва машина выехала на лесную дорогу, я почувствовала комочек, остановившийся позади меня. Ветер принес запах Криса, я поморщилась, и мне снова пришлось задержать дыхание. На нем был противный запах девчонки.
– Ты воняешь.
Крис скрипнул зубами, но ничего не ответил.
– Сходи в душ, – попросила я, – желательно несколько раз.
– Ты злишься? – тихо спросил он.
Нужно было найти в себе силы повернуться, сказать, что все хорошо, я не злилась. Но ведь это была ложь. Я сгорала от ревности, ругала себя за это, но все равно горела. Но почему? Мне не было никакого дела до его отношений с другими девушками, ведь я тянулась душой и сердцем к другому. Но горечь добралась до меня, разрушая сознание, искривляя все вокруг.
– У тебя нет права злиться, – сказал Крис, не дождавшись моего ответа.
– И все же я злюсь! – выпалила я, резко повернувшись к Крису.
Слова вырвались раньше, чем я успела их обдумать. Он стоял вполоборота ко мне и нервно сжимал край балконной перегородки. Крис нахмурил брови, его взгляд стал жестче.
– Какое тебе вообще дело до того, кого я привожу или не привожу к себе?
– Никакого, – пожала плечами я, чувствуя досаду от своей вспыльчивости.
– Насколько я помню, между нами нет отношений. Ты не моя девушка, я не твой парень. Больше нет. И это не я все разрушил. Я тебе не лгал. Я ждал тебя…
– Если ты такой идеальный, то мог подождать немного дольше одной недели!
Крис дернулся от моих слов. Неосознанно я выпалила именно то, что мучило меня с момента, как я увидела его с другой. Не лгал? Если Крис испытывал ко мне сильные чувства, то как они могли пройти спустя неделю? Я не верила, что можно забыться в объятиях другого человека, особенно после того, как почувствовала это на себе. Даже Крис не смог заставить меня забыть Джонатана. Как бы мне ни было тяжело осознавать, что теперь я обречена на одиночество, ведь я никогда не встречу кого-то, кто хотя бы отдаленно был бы похож на Джонатана. Даже через тысячу лет.
А Крису потребовалась всего неделя, чтобы забыть меня и обнимать другую, так как обнимал меня, и даже больше. Тайлер был прав. Крис похож на того, кто добивается своего. Это не была ложь, это было предупреждение. Чтобы я не возлагала на Криса больших надежд; тот парень, с которым я каталась на мотоцикле, – настоящий Крис. А не тот, в кого он превратился рядом со мной. Нет, не превратился, а притворялся тем, кто был нужен мне.
Мы молча смотрели друг другу в глаза. Что же стало с тем парнем, кто был со мной каких-то пять дней назад? Неужели тот, кто спасал меня от боли, когда я думала, что мы оба сняли свои маски, бесследно исчез, и я больше его не увижу? Нет, Крис оставил свою при себе. До сегодняшнего дня, когда маска случайно слетела, показав того, кто скрывался под ней.
– В этом все дело? В ревности?
– Это не ревность.
– Нет? А что же? Ты меня приватизировала, что ли? После всего того, что я видел и терпел? Я, что, твоя собачка на поводке? – Крис повысил голос, начиная терять контроль. – Когда ты его встретила? Через день после нашего знакомства? День! А теперь ты мне рассказываешь, что прошла всего неделя после нашего расставания!
– Ты еще и сравниваешь? У меня не было никакого выбора! – закричала я. – Ты не знаешь, что это такое! Не знаешь чувство, когда душу разрывает на части!
