По правде говоря, я обдумывала вариант сковать вампиров в доме и не пустить на бой. Эта же участь постигла бы и Джонатана, правда, я пока не придумала, как до него добраться так, чтобы волк оказался в безопасном месте. Но это не было серьезным планом, ведь если бы чужаки прорвались и нашли скованных вампиров и Джонатана, у них даже не было бы шанса побороться за свою жизнь. Или, если бы я, потеряв контроль, пришла к ним сама…
– Не буду, – уверенно ответила я и, посмотрев на Криса, добавила. – Только пообещай мне кое-что.
Крис насторожился, всматриваясь в мое лицо.
– Во время битвы ты не станешь меня защищать и ни разу не посмотришь в мою сторону. Обещай, что будешь беспокоиться только о себе и защищать только себя.
– Я не стану обещать такое, – резко отрезал Крис.
– Крис, пойми наконец, мне не нужна защита, из всех вас – вампиров и оборотней – я гарантированно выживу. Но я не хочу быть единственной выжившей. Если ты будешь отвлекаться на меня, ты можешь погибнуть. Ты должен сконцентрироваться только на себе! Пообещай это!
Крис покачал головой, но зерно сомнения уже зародилось в нем. Скорее всего, он понимал, что я права, но чувства мешали ему мыслить рационально. Я потянулась к нему так близко, что чувствовала его дыхание на своей коже, а он – мое. Я прошептала:
– Пообещай мне… Крис. Пожалуйста. Пообещай.
Крис притянул меня к себе. Он серьезно всмотрелся в мои глаза: долго, изучающе.
– Я не могу пообещать не думать о тебе. Это невозможно, – наконец ответил он после некоторой паузы. – Но обещаю, что во время битвы буду делать все, чтобы не умереть.
Я облегченно вздохнула. Это все, что мне нужно было услышать.
Крис провел рукой по моей щеке, по волосам, по плечу, все ниже и ниже ведя рукой по моей спине. Остановившись на талии, он обвил меня так, что, казалось, мы стали единым целым, и потянулся к моим губам.
Этот поцелуй был другим, похожим на наш первый, когда страсть граничила с нежностью, но все больше и больше выбиваясь на первый план. Одно резкое движение – и я уже лежала на спине, а Крис прижимал меня к кровати своим телом. Казалось, он и не думал останавливаться. Как вдруг оторвался от моих губ, лишь на секунду, чтобы взглянуть в глаза. И снова прильнул ко мне с большей страстью. Поцелуй стал настолько жарким, что даже не верилось, что температура наших тел в данный момент не превышает 59°F2. Крис провел рукой по моему телу, и я резко остановила ее, как только она скользнула под мою кофту, и прекратила поцелуй.
Крис недоуменно посмотрел на меня:
– В чем дело?
– Нам нужно идти на тренировку, – прошептала я.
– Подождут, – коротко ответил Крис, снова наклоняясь к моим губам, но так и завис в воздухе, наткнувшись на мои вытянутые руки. Я поджала губы и покачала головой.
Он всмотрелся в мое лицо, затем понимающе кивнул и завалился на спину, закрывая глаза.
– Прости, – прошептал он.
Я повернулась на бок, чтобы видеть лицо Криса. Он был очень напряжен, я прекрасно понимала почему. Конечно, истинной причиной, почему я его остановила, была не тренировка, а то, что я боялась забыться, боялась близости и не готова была зайти так далеко. Да я и не была уверена, что, в объятиях Криса, я не стану думать о Джонатане. И если бы волк пробрался в мои мысли сейчас, это было бы совершенно нечестно по отношению к Крису. Хотя и это не единственная причина, почему я оттолкнула его.
– Это ты меня прости, – прошептала я, чувствуя, что готова сгореть от стыда.
– Никогда не извиняйся за такое, – покачал головой он и, наконец открыв глаза, посмотрел на меня. Красивое фарфоровое лицо в свете луны было белее снега, а красные глаза и яркие губы были еще ярче на фоне меловой кожи.
Чтобы не говорил Крис, я чувствовала себя виноватой, и теперь буду еще аккуратнее в своих поступках и жестах.
Я посмотрела на часы, стоящие на столе. Еще есть двадцать минут до выхода. Завалившись на спину, я решила отвлечься от нашей неловкой ситуации размышлениями о том, что же делать с Айзеком. Пожалуй, завтра я его таки затащу на персональную тренировку силой, если он снова откажется от моей помощи.
Крис так же, как и я, смотрел в потолок, подложив руки под голову.
– О чем думаешь?
С учетом того, что я думала о секрете Айзека, который раскрывать нельзя, пришлось импровизировать на ходу.
– А Эмма и Айзек родственные души?
Крис повернулся и впился в меня взглядом.
– Ты с Тайлером разговаривала на эту тему? – озадаченно спросил он.
Я посмотрела на Криса, не понимая, откуда столько скептицизма.
– Да. А что? Ты не веришь в родственные души?
Крис задумался, и пожав плечами, снова уставился в потолок.
– Да я и не знаю, во что верить. Если послушать Тайлера, то, что он почувствовал, увидев Мэри: все эти вспышки в глазах, стук сердца, слияние душ. Тяжело в это не поверить, да? Часто ли у вампира вообще бьется сердце? Да я и сам там присутствовал, видел, как Тайлер резко изменился. Но с другой стороны, это что получается: мы не можем сами выбирать себе спутника жизни? Все уже предрешено? Не знаю, не знаю…
