— Невероятно. В это невозможно поверить. Георг фон Фрундсберг один из самых лучших полководцев империи. — Проворил Ян. В шатре загомонили. Коронный гетман войска поднял руку, призывая всех к тишине. — Где сейчас князь Воротынский?

— Ускоренным маршем движется в нашу сторону.

— Принцесса с ним?

— Да. Как и её артиллерия. Это ещё не всё, пан гетман.

— Что ещё?

— Со стороны Калуги на соединение с князем Воротынским идёт большой отряд латной конницы князя Петра Долгорукого.

— Насколько большой?

— Пять тысяч сабель.

Творовский выругался.

— Этого ещё не хватало. Ладно будем думать.

Великому Московскому князю, доложили неверно, приписав польскому войску лишних воинов. Реально у коронного гетмана было в наличии порядка 15 тысяч сабель. Поэтому Творовский сел чесать головушку — что делать? Принимать бой или отступить? Но долго думать не пришлось. Вечером прибыл гонец из Кракова. В пределы Польского королевства с юга вторглись крымские татары. Начались грабежи и захват полона. Поляки не ожидали такой подлости от крымчаков и были уверены, что те пойдут в набег на московитов. Но крымский хан оказался хитрее. Сейм готов был объявить рушение, то есть мобилизацию. Творовскому ничего не оставалось делать, как начать отход в пределы Польши. И в душе он был даже рад этому. Так как испытывать на себе скорострельность орудий византийской принцессы, как-то не горел желанием, а уж повторить судьбу Георга фон Фрундстберга тем более.

<p>Глава 19</p>

Опять Восток их будоражит ум.

Там поднимается великая держава.

Уж триста лет как Чудский был триумф.

И вновь сияет Александра слава.

Вновь дева юная восходит на костёр

Во славу третьего, восставшего из пепла, Рима.

Орёл двуглавый крылья распростёр.

Несётся Русь в веках неудержимо.

Zay

Вена. Священная Римская империя. Имперский дворец. Август 1511 года от Р. Х.

Император германской нации Максимилиан смотрел на маркграфа Мейсена Георга Альбертина, своего, в большей степени не поданного, а друга и сподвижника. Жестом указал на кресло.

— Присаживайся, Георг. Вижу новости не радостные.

— Всё так, Ваше Величество. Отряды Георга фон Фрундсберга разбиты в дребезги. В первом же крупном сражении с русскими.

Император кивнул, налил из кувшина вина в два серебряных кубка. Один протянул маркграфу.

— Выпьем, друг мой, за упокой души Георга фон Фрундсберга.

— Мой император, вот как раз он не погиб. Как мне донесли, он был ранен, лишился руки, но выжил. Его врачевала сама принцесса. Он у неё в плену. Как и многие рыцари, бароны и даже пара имперских князей. Это я не считаю простых наёмников. Вся артиллерия вместе с порохом и ядрами попали в руки Александры Комниной. И войсковая казна.

— Значит она была там?! — Больше не спрашивая, но утверждая произнёс император.

— Была.

— Что поляки? Они же тоже вторглись в пределы Московии?

— Поляки не стали дожидаться подхода русских войск и отошли назад в Польшу. При этом заявили, что были вынуждены так сделать, так как у них объявлено рушение, по нашему, это сбор всех сил против сарацинских варваров, что вторглись в Польшу со стороны Крыма.

— Ну да, так я и поверил. Просто испугались, узнав о разгроме Георга.

Маркграф кивнул и усмехнулся.

— Согласен, Ваше Величество. Князь Творовский решил не испытывать судьбу. Как мне донесли, он был шокирован разгромом наших войск. А как мне известно, Ян далеко не дурак.

— Скажи, друг мой, если бы поляки не ушли, Александра сумела бы их разгромить?

— Даже не сомневаюсь в этом. Она применила новую тактику. Сначала перешла в оборону, а потом измотав наши силы и посеяв хаос своей артиллерией, нанесла удар тяжёлой и легкой кавалерией. Но самое главное, это то, что она применила новые пушки. Более скорострельные, чем те, которые сейчас применяют в Европе. Более дальнобойные и ядра, которые взрываются в полёте над противником, осыпая его вот такими гостинцами. — Альбертин отцепил от пояса мешочек из бархата, развязал его и высыпал на стол металлические кругляши. — Они и наносят основной урон людям, лошадям. Есть ещё и другие ядра, что взрываются, ударившись о землю. И тоже разбрасывают вокруг себя такие вот, по сути, пули от мушкетов. Интенсивность огня очень высокая. Те, кому удалось спастись, говорят одно и тоже. Взрывы гремели у них над головами постоянно. До первых укреплений русских хорошо, если доходила половина баталии. Но и там сразу же получали в упор выстрел из роя таких пуль. Русские странно зовут их — картечью и шрапнелью.

— Значит, взрывающиеся ядра? Картечь и, как ты сказал?

— Шрапнель.

— Шрапнель. Скорострельные пушки?! Георг мне нужны такие пушки и эта картечь со шрапнелью. Надо достать образцы. Золота не жалеть на подкуп. Принцессу, если не получится захватить, уничтожить. Боюсь она нам попортит ещё крови.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги