— Ничего привязывать не надо. Металл для коньков возьмём у наших оружейников. Сталь. Они уже наловчились. Нормальная сталь получается. Оружейные стволы из неё делают. Так вот, они скуют нам коньки такие, какие мы им скажем, без всяких завитушек. Потом отдадим сапожнику. Есть у меня такой, сапоги мне делает, по моим рисункам. Сделает нам ботинки для коньков. Я ему всё объясню и расскажу. Ботинки с жёсткой подошвой. На них клепками и закрепят коньки. Вот и всё.
Елена сидела, вытаращившись на меня. Потом взвизгнула и полезла обниматься и целоваться.
— Санька, твою душу. Давай сделаем. Я так хочу на лёд выйти. Прямо сейчас готова описаться.
— Лен, мне сестра-засыха не нужна. Но мы сделаем. Скажи, а ты в хоккей играла?
— В хоккей? Конечно! Мы в детстве с пацанами знаешь, как рубились, прямо жуть, а что?
— Да я вот что подумала. А не научить ли моих кадетов в хоккей играть? Коньки им сделают на подобии наших. А дальше будут бои на льду. Хоккей командная игра. Всё, как в бою. Даже защита, то есть доспехи. Настоящие легионеры.
— Класс! Я за, скажи, что для этого нужно?
— Сначала, давай себе коньки сделаем, а потом уже будем смотреть. Хорошо?
— Давай, Сань.
Вот с этого дня всё и началось. Сталь я взяла у оружейников. Отдала их нашему кузнецу. Какие нужно коньки, рисовали с Еленой вдвоём. К кузнецу тоже пошли вдвоём. Рассказывали ему и показывали.
— А что это, Царевны? — Спросил кузнец, удивлённо глядя на рисунки. Причём, коньки мы заказывали двух видов. Одни для фигурного катания, вторые для хоккея.
— Это коньки. — Ответила Елена.
— Что за коньки? На коней не похоже.
— Коньки не кони, но на них тоже катаются. — Парировала подруга.
— Это как на них кататься? — Опять вопрос.
— Каком сверху. — Ленка начала заводиться. — Короче, кузнец, не делай мне мозг. Сделай то, что тебе сказали. И по рисункам. Ничего лишнего и отсебятины, в виде красивых загогулен. Понял?
— Понял. Что такое загогулины?
— Блядь! Я сейчас взорвусь, Сань! — Завопила Елена. Кузнец испуганно на неё посмотрел. Я усмехнулась.
— Василь, не обращай на Царевну внимания. Сделай так, как нарисовано и именно в этих размерах. Понял?
— Понял, Царевна Александра.
— Когда сделаешь, отполируй их, чтобы они блестели, как клинок. Хорошо?
— Хорошо. Всё сделаю. Но чудно это. Такую хорошую сталь тратить на такое.
— Василь, поверь, это очень нужная вещь. И я скажу тебе больше, скоро к тебе с такими заказами пойдёт народ.
— Правда?
— Правда, Василь.
— Я всё сделаю.
Ну что сказать? Коньки он сделал. Причём из всей той стали, что я принесла, ему удалось отковать десять пар коньков. Но коньков для «хоккея», как стали их называть. А для фигурного катания он сделал только две пары, для нас с Еленой. Получив вожделенные коньки, мы с Еленой пошли к сапожнику. Этому втолковывали долго, чего хотим. Я нарисовала ему, какие «сапожки» мы хотим. Сапожки, это в его понимании. Особенно его убила подошва, максимально жёсткая, даже не сгибаемая.
— Простите, Царевны, а зачем такая подошва? Как же вы ходить будете?
— Это не твоя забота. — Тут же пояснила Елена. — Делай то, что тебе сказали. Или мы зря тебе серебром платим? Может нам к немцам пойти? Они не откажутся заработать.
— Не надо к немцам и литвинам всяким. Что же я, своим Царевнам православным не сделаю того, что сделают схизматики и отступники? Всё сделаю. Надо такую подошву, сделаю такую.
— И именно так, как мы тебе нарисовали, понял? — Спросила Елена, собрав брови в кучу.
— Конечно, понял, Царевна Елена. Чего не понятного то?
— Вот и славно.
