— Я… — пробормотал он и замахал руками, пытаясь прийти в себя от нахлынувшего на него потока облегчения и растерянности, — я не хотел предполагать… и я боялся спросить, потому что не был уверен, что смогу справиться, если все-таки спрошу, а ты ответишь «нет».
Гермиона закрыла глаза рукой, как будто больше не могла смотреть на него.
— Ты просто невероятен, — ее голос звучал приглушенно. Она все еще злилась, даже ее волосы потрескивали электрическими разрядами от негодования, которое, казалось, охватило каждую клеточку ее тела. Несмотря на это, Драко все равно подошел ближе.
— Как ты вообще здесь оказалась? Как, скажи на милость, ты сюда попала? — спросил он, и ему в голову пришла странная мысль. — Может, где-то в шкафу спрятан библиотекарь?
Гермиона убрала руку с глаз, чтобы посмотреть на него.
— Конечно, нет, — чопорно ответила она. — Как только я поняла, что ты решил испортить все мои сюрпризы, я решила, что лучше всего будет притвориться, что я сдалась. Поняла, что ты, вероятно, сочтешь Александрию слишком предсказуемым вариантом, поэтому договорилась с Игнатиусом, чтобы он немного нарушил правила и впустил меня. Мой план состоял в том, чтобы продолжать притворяться Эльвирой, пока мы не пройдем в Отдел истории, а затем использовать иллюзию, которая бы сымитировала, будто мы снова случайно попали в измерение под защитным куполом. Я предполагала, что ты придешь в ужас, а потом собиралась удивить тебя, разрушив иллюзию, и бум, — мы бы оказались на парусной лодке у Амальфи[6], а завтра прибыл бы волшебный священнослужитель и снова обручил бы нас, передал портключ и благополучно исчез, чтобы мы могли остаться наедине в наш медовый месяц. Но, конечно, ты должен был испортить и это. Как ты вообще догадался, что это я?
Драко доблестно боролся со всеохватывающим желанием взять Гермиону прямо на этом самом месте, но эта битва была проигранной, начиная с восьмого курса Хогвартса.
— Ты слишком много знала о нашей сексуальной жизни, чтобы быть кем-то, кроме моей жены, — сказал он, приближаясь к ней.
Она моргнула.
— Неужели? — обиженно бросила Гермиона, но, когда он захватил ее губы своими, она тихонько замурчала и обняла его, яростно целуя и вкладывая в поцелуй все свое разочарование от нереализованных планов, которые он непреднамеренно сорвал.
Он начал целовать ее подбородок.
— Но я едва пару слов сказала, — захныкала она.
— Ты… хоть представляешь… — спросил он, целуя ее в шею и зарываясь пальцами в ее волосы, — какое количество… чар приватности… я накладываю, прежде чем трахнуть тебя?
— А ты их накладываешь?
Он слегка отстранился.
— Я знаю, что ты возбуждаешься от острых ощущений, но Стокгольм ясно показал, что эксгибиционизм не твое. Так что, да, я всегда очень осторожен, и эта предусмотрительность, вероятно, стоила мне куда больше возможностей отыметь тебя, чем я хотел бы себе представить, — сказал он, смотря на нее с печалью и срывая пуговицы на ее огромной блузе.
— О… — воскликнула она, и почти все раздражение исчезло с ее лица. —Ты… я этого не знала…
— Я понял это, Эльвира, — сказал он с ухмылкой. С последним рывком ее одежда свалилась кучей на пол. Затем он притянул ее в свои объятия и крепко прижал к книжной полке, со стоном скользя руками по ее нежным изгибам.
— Значит, ты меня не бросишь? — спросил он в моменте, когда оторвался от ее губ.
— Нет, глупая твоя голова, — ответила она с раздражением, плавно перешедшим в стон, когда его пальцы скользнули вверх, чтобы сжать ее грудь и провести большим пальцем по соску так, как ей нравилось. — Ты, по-видимому, не заметил, но я просто без ума от тебя.
— Ну, я не хотел делать ошибочных предположений, — произнес он, все еще чувствуя легкое раздражение из-за душевной муки, в которую она его втянула. Но все это бледнело на фоне дьявольского желания, которое Гермиона разжигала, страстно хватая пальцами его рубашку, расстегивая пуговицы с поразительной быстротой. — А вдруг я тебя привлекал только постоянным доступом в Александрию?
Она напряглась, а затем шлепнула его по руке.
— Мне не нужен твой доступ, — произнесла она, изобразив усмешку, которая ужасно напоминала его собственную. — Ты действительно думаешь, что я использую тебя для секса или чего-то в этом роде?
На собственную догадку она отреагировала такой обидой, что совсем остановилась.
Драко тоже замер.
— Нет… — медленно произнес он, глядя на нее сверху вниз. — Но факт остается фактом: мы поженились безо всякого твоего интереса ко мне. Просто потому, что мы могли бы весело провести время и сделать все возможное в течение двух лет, не обязательно означает, что ты хотела бы продолжать делать это вечно.
Гермиона выгнула бровь.
— И? Ты думал, что я просто воспользуюсь твоими чувствами и буду трахаться с тобой ровно два года, чтобы извлечь из этого максимум собственной выгоды? — спросила она угрожающим тоном, от которого повеяло вполне ощутимой опасностью.
— Нет, — быстро среагировал он. — Я знаю, что у тебя есть ко мне чувства. Я просто…
