Алексиано полностью

Флот султана исчез; пятнадцать кораблей, шесть фрегатов, несколько шебек, бригантин, галер и фелук, всего сто судов, сделались жертвою пламени; спасся только один, корабль с пятью меньшими судами, и то лишь потому, что безусловно отдался на волю победителей. Турков погибло более двадцати тысяч. Утреннее солнце осветило страшную картину разрушения на водах Чесменской гавани, смешавшихся с кровью и долго хранивших кровавый цвет, вспоминавший ужасную ночь с 26 на 26 июня.

Екатерина была в восторге от Чесменской победы. Она писала графу П. А. Румянцеву: «Ничего знаменитее, кажется, в той стороне быть не может. Дивен Бог в чудесах своих!» Граф Алексей Орлов получил орден Св. Георгия 1-й степени и титул Чесменского; адмирал Г. А. Спиридов-орден Св. Андрея Первозванного; капитан-бригадир С. К. Грейг-орден Св. Георгия 2-й степени и чин контр-адмирала, В. Ф. Лупандин капитан фрегата «Ростислав» который получил за Чесму Георгиевский крест.

29 августа 1770 года«в греческой церкви Богородицы служана была литургия, молебен в честь Чесменской битвы»,«с Надежды Благополучая выпалено 31 пушки», кроме русских офицеров и служителей на праздновании находился и консул на Менорке Теодорос Алексиано — «господин Магонский губернатор с многими своими офицерами».

Теодор Алексиано. Портрет, неизвестный греческий художник 18 века.

Далее 12 сентября1770года отмечался день рождения наследника русского пристола и на Менорке последовали празднования еще большего размаха. По имеющимся газетным описаниям, «Екатерина II послала в дар местной греческой церкви Евангелие высотой два фута и шириной 15 дюймов в золотом окладе, чашу размером в полтора фута, два небольших блюда и большой золотой крест». Эти драгоценные подарки впервые использовали на службе в православной церкви Порт-Магона. Во время службы местные православные пели акафист «Тебе, Господи» вместе с русскими морскими офицерами. От имени командования граф П.А.Бутурлин и российский консул Теодор Алексиано дали в этот вечер большое празднество.

Самым поразительным, была иллюминация: на фасаде собора появилась «перспектива, представлявшая армию и имя российской императрицы», а «на резиденции консула укрепили прекрасное искусственное пламя, которое с одной стороны пожирало турецкие мечети (зажженные огни представляли с одной стороны крест, торжествующий над турецкими мечетями), посреди чего читалась надпись «Caterina Alexiovvona II. Imperatrice di tutte le Russie. Vivat. Vivat».

После фейерверка в Порт Магоне, в доме консула Теодора Алексиано состоялся бал, продолжавшийся до утра следующего дня. Во время праздника народу были выставлены две бочки вина. Всем выздоравливающим в госпитале Порт-Магона были сшиты и при выписке выданы новые мундиры.

Капитан. Художник А. Карпов.

Позже 21 августа 1773 года о больных и излечившихся в Порте Магон, а также просьбу «поднять жалование лекарю Ратцу» консул Теодор Алексиано пишет в послании адмиралу Спиридову. Тут мы видим по крайней мере уже 3 года Теодор является консулом в Магоне.

В дальнейшем до ухода флота в 1775 г. Порт-Магон продолжал, наравне с Ливорно, оставаться центром передвижений участников Архипелагской экспедиции в Западном Средиземноморье.

В июне же 1770 года капитан-лейтенант Панаиоти Алексиано был послан на остров Лемнос, имел там у себя под командою до двухсот греков (в том числе и своих братьев), пеших, и держал форпосты до снятия десанта. После того ему присвоено звание капитан-лейтенант и передан в управление фрегат «Святой Павел», один из купленных на Средиземном Море. Фрегат понравился командующему Алексею Орлову, и 27 августа 1770 года он перенес свой кайзер-флаг с корабля «Три Иерарха» на «Святой Павел». При нём находился молодой адьютант Иосиф де Рибас.

Следуя к порту Ауза на Паросе, Алексиано спас французский купеческий корабль от нападения двух дульциниотских шебек, взял его на буксир и привел в бухту Аузу.

Фрегат «Святой Павел». Художник С. Артемьев.

Остров Парос решено было сделать главной базой русского флота. Он принадлежит к Кикладским островам (южная часть Эгейского моря) и находится в центре их.