Первый раз в жизни я доверилась чужим, незнакомым людям. Я рассказала им все. Они могли меня обмануть или посмеяться надо мной, могли бросить меня. Но они не сделали этого, иначе они не были бы Ларой и Вовчиком.
– Любое расследование начинается с обыска, – глубокомысленно изрекла Лара, затягиваясь сигаретой.
– Какого обыска? – напряглась я.
– Ну, ты свою квартиру обыскала?
– Нет, я не обыскивала. Приходили люди с работы Владилена, смотрели бумаги у нас дома, я их в кабинет проводила. Потом из органов дядька спрашивал, не находила ли я чего-то подозрительного… Я ему правду ответила – не находила. Но, если совсем уж честной быть, я ведь ничего и не искала. Рука не поднималась. Все верила, что вот, откроется дверь и войдет Владилен, а он ох как не любил, когда роются в его вещах…
– А больше никто не приходил и о вещах не спрашивал? – вдруг спросил Вовчик.
Я задумалась. Вскоре после пропажи, когда в очередной раз я звонила по инстанциям и слышала одно и тоже «новостей нет!», ко мне зашел Толик. Толик был коллегой Владилена и его другом. Несмотря на возраст (Толику было немного за сорок) он был не женат, жил один в большой шикарной квартире. Он был самым частым и самым желанным гостем в нашем доме. Толик был крестным нашего Фили. Друг друга они обожали, и, глядя на их беспечные забавы и шуточные состязания, я всегда умилялась. В тот вечер я также обрадовалась приходу Толика и совсем не обратила внимания, когда он также спросил меня об обыске. Услышав отрицательный ответ, он очень спокойно, но тоном, не терпящим возражений, сказал:
– Ты, Камила, дома приберись. Только все проверь и посмотри. Как хозяйка, опытным взглядом. Если найдешь бумаги какие или еще что-то, все это отдельно отложи, и мне позвони. Никому ничего не рассказывай и не показывай. Помни, так нужно. Ради тебя и Фили.
– Толик, к чему такая загадочность? И что я должна искать? – спросила я недоумевая.
Он не ответил, а вскоре распрощался и ушел. Потом еще пару раз интересовался, не смотрела ли я, но, видя мое состояние, не настаивал.
– Ладно, – вывела меня из раздумий Лара, – сейчас мы отвезем тебя домой, и оставим в гордом одиночестве. Ты главное, все внимательно проверь, посмотри. А завтра встретимся и обсудим, как будем действовать дальше исходя из полученных результатов, – она хитро подмигнула и качнула головой, от чего бусы на ее груди тихонько зазвенели.
– Пора, – добавил Вовчик.
По ночному городу мы ехали молча. Лара всю дорогу яростно рылась в сумке, а я разглядывала огни вывесок и рекламных щитов. Город не спал, вокруг кипела ночная жизнь. Закусочные и рестораны зазывали клиентов своими «яркими» и «вкусными» предложениями, ночные клубы один за другим «заглатывали» посетителей. Мимо на своих авто проносились любители быстрой езды, часто в последнюю секунду тормозивших у светофора. Спасибо иностранным производителям, тормоза срабатывали почти бесшумно. Из проезжавшей рядом машины доносились радостные возгласы, и грохот музыки. Поравнявшись с нами, водитель открыл окна и оттуда вывались взлохмаченные головы: «А мы на мальчишнике гуляем!» – гордо сказала одна из голов, и под общее улюлюканье они унеслись прочь. От выпитого спиртного тело было как вата, хотелось спать. Тишину нарушили только вначале, когда Вовчик спросил куда ехать и я назвала адрес. Около подъезда машина остановилась и я, попрощавшись с ребятами, вошла в темноту подъезда.
Возле дверей квартиры долго искала ключи в сумочке, и когда, наконец, они оказались в моих руках, на плечо мне легла тяжелая рука.
– Долго гуляешь, девочка, – сказал за спиной мужской голос.
– Вы-вы, кто-о-о?! – от страха и неожиданности я присела, и даже стала заикаться.
– Сейчас познакомимся, – ответил мужчина, – открывай дверь и заходи, и только без шума, а то чем черт не шутит…
Я поднялась и стала пытаться открыть дверь. Руки стали липкими и непослушными, в горле пересохло, на глаза навернулись слезы. Мысленно прощаясь с жизнью, я открыла дверь. А что мне оставалось делать? Орать на весь подъезд? Да ведь не выйдет никто, проверено не раз. Тут у соседей дверь выбивали, они ее захлопнули случайно, а ключи оказались внутри, два часа выбивали, хоть бы выглянул кто…
В прихожей зажгла свет, и он больно ударил в глаза. Мой ночной гость был не один. Следом за нами в комнату вошли еще трое молодых людей до странности похожих друг на друга. Наверное, так люди становятся похожими друг на друга от схожего занятия: мне, например, все милиционеры и все бандиты на одно лицо.
– Начинаем мальчики, – спокойно сказал мужчина, вошедший следом за мной.
Он был среднего роста и возраста, немного полноват, лысоват. В его спокойных, голубых и по мальчишески широко открытых глазах светилась сила и уверенность.
Итак, «мальчики» начали. Через час моя квартира напоминала главную площадь Сталинграда после бомбежки. Все это время я сидела в кресле, даже не сняв босоножек. Мужчина деловито ходил из комнаты в комнату, внимательно осматривая разбросанные на полу вещи. Особенно, я заметила, его интересовали бумаги и видеокассеты.
