Иосиф и правда заждался. Он нервничал и смотрел на часы. На запыхавшуюся Ксюху посмотрел холодно, ничего не спросил, нажал на газ.
– Меня папа задержал, – пробовала оправдаться девушка, – я не могла прийти раньше… Но Иосиф молчал. Он молча гнал машину.
– Куда мы едем? – робко спросила Ксения. Раньше Иосиф просто завозил ее в лес, приказывал раздеться и насиловал прямо на сидении машины. Сегодня он явно куда-то ее вез.
– Куда мы едем? – опять спросила Ксюха. Иосиф продолжал молчать. И тогда Ксюха набрала полные легкие воздуха и начала говорить:
– Вы говорили, что отпустите меня, когда я весь папин долг отработаю. Я так думаю, что уже все отработала. Вообще, я завтра уезжаю на учебу. Вы меня отпустите? – закончила она жалобно.
Иосиф повернул к ней лицо, ухмыльнулся:
– Отпущу, – сказал, опять отвернувшись, – сегодня и отпущу…
Машина заехала в глухой лес, который становился все более и более густым. Дорога почти пропала, и ее трудно было заметить между деревьев.
Ксюхе стало не по себе.
– А куда мы едем?» – опять спросила она.
– В одно место, – ухмыльнулся Иосиф, – тебе понравится…, – и опять замолчал.
Он давно мечтал привезти ее в свой лесной дом. Там никто не услышит и не увидит, оттуда невозможно сбежать. Идеальное место… для охоты…
… Гена посмотрел вслед дочери «Все-таки красавица выросла», – подумал, – «вот сейчас образование получит, замуж выйдет, внучат мне нарожает…», – и улыбнулся своим мыслям. Зашел на кухню, налил себе стакан воды, выпил, вспомнил, что давно обещал Семену – соседу с соседней улицы, посмотреть его машину, которая у него барахлила. Все никак времени не находил: то на работе занят – вечно Иосиф ему дело найдет, то домашние дела мешают. Решил, что сейчас самое время. И вышел из дому.
Не успел повернуть на соседнюю улицу, как мимо промчалась машина. Он ее узнал – это была машина Иосифа. Но не это Гене показалось удивительным, – шеф в последнее время часто садился за руль. Просто рядом с водителем он заметил девушку и она показалась ему очень знакомой. Машина пролетела на огромной скорости, а он только поворачивал на соседнюю улицу, значит ни водитель, ни пассажирка, его, Гену, не заметили… И вдруг он понял. Да, до него дошло – девушка в машине Иосифа – это Ксюха, его дочь.
Почему? Что она там делает? Гене стало плохо. Он чувствовал, как закружилась голова. Сам себя успокаивал: «А может он просто предложил ее подвезти?» И сам себе отвечал: «Нет!» Гена очень хорошо знал Иосифа. Этот жирный боров, этот старый козел – он посмел дотронуться до его дочери! Он посмел украсть ее молодость!
Кровь хлынула к лицу, в груди закипело бешенство и жажда мести. Гена бросился к дому. Уже через несколько минут он сидел за рулем машины. Он немного успокоился понимая, что в таком состоянии садится за руль нельзя. Взял себя в руки. Куда он мог ее повезти? Долго думал, ничего не приходило в голову. Куда? Может… Нет, нет это не подходит. А может?… Тоже нет, это не в стиле Иосифа. Тогда может быть только одно место.
Гене хорошо знал дорогу к этому лесному домику, к этой крепости, построенной для охоты. Да, сомнений не было, он повез ее именно туда. И Гена нажал газ…
… Ксения с немой мольбой смотрела на деревянные часы, стрелка которых двигалась так медленно. Ей очень хотелось, чтобы все быстрее закончилось, и она вернулась домой и вместе с папой сидела на кухне и ела арбуз. Она мысленно молила эту маленькую стрелку двигаться быстрее и быстрее, но она стояла, как приклеенная, и прежде чем сдвигалась в сторону, проходила вечность.
Сначала, как обычно, Иосиф ее побил. Он заставил ее раздеться и стал бить ремнем от брюк. Сегодня он не заматывал его в тряпки, и каждый удар превращался в сине-красную полосу на теле. Через несколько минут у нее сдали нервы и она начала проситься. Он засмеялся и прекратил. Ушел в соседнюю комнату. Где старик Иван, который постоянно жил в доме, накрыл ему стол. На столе стояла холодная, запотевшая бутылка водки, кусками жареное мясо, хлеб. Он налил себе стакан, выпил с хуком, начал жевать. Подумал, что Ксюха ему надоела. Единственный способ возбудить себя – это ее побить. Причем если раньше достаточно было просто пошлепать, теперь хочется бить до крови. Налил еще водки. Это на него действовало безотказно. Сейчас закусит как следует и пойдет с Ксюхой развлекаться. А потом отвезет ее домой и отпустит. Надоела она ему, не возбуждает, и охотничий азарт не просыпается… Другое дело Нинка.
Нинка – молодая продавщица, которая устроилась к нему в магазин неделю тому назад. Вчера он ее «подвозил» домой. Ох, и девка, ох и молодец! Шустрая, быстрая, как молодая лань, которую так охота догнать и завалить одним выстрелом!… Причем сама все знает и понимает, не то, что Ксюхе пришлось рассказывать сказки «про белого бычка».
Встал, налил еще стакан водки, взял с собой и пошел в соседнюю комнату. Ксюха сидела, забившись в угол. На ее молодом голом теле ясно виднелись следы от ударов. Он подошел ближе, протянул ей стакан:
– Пей.
– Я не хочу, – тихо сказала Ксюха.
